МАРГАРИТКА, КАКЪ ЦВЪТОКЪ БОЖЬЕЙ МАТЕРИ. дт 



ЭТИ прелестные цв^Ьточки съ ранней весны и до глу- 

 бокой осени, и н-Ьтъ въ м1р'Ь страны, гд-Ь бы ихъ нельзя 

 было встр'Ьтить. 



По другому сказан1ю, маргарптокъ называютъ «цв'Ьт- 

 ками Пресвятой д-Ьвы Марш» и о происхожден1и этого 

 назван1Я разсказываютъ сл-Ьдующее. 



Когда Пресвятая Д'Ьва Л1ар1я по получен1и отъ. 

 архангела Гавр1ила благой в'Ьсти, отправилась сообинггь 

 объ этомъ своей родственнице Елизавет'Ь, то ей при- 

 шлось долго итти по горамъ и долинамъ 1удеи. 



И вотъ, когда она проходила по полямъ, то всюду,, 

 гд-^ только нога будущей Бож1ей Матери касалась земли, 

 всюду вырастали маленьк1е блестящхе б-Ьлые цв-Ьточки, 

 такъ что весь путь ея, обозначаясь ими, образовьгеалъ 

 какъ бы ц-ЬлЛ'Ю цв-Ьточную дорожкз'. Цв-кгы эти — были 

 наши скромные б'Ьлые маргаритки. 



Б'Ьлые, окружавш1е въ вид'Ь С1ян1я лепестки ихъ на- 

 поминали славу Бож1ю,. а золотая середина — священный 

 огонь, гор-Ьвшай въ сердц'Ь Мар1и. 



По другому же вар1анту хЬло произошло такъ. 



Когда Пресвятая Д-Ьва Мар1я, будучи еще ребенкомъ^ 

 смотр'Ьла ночью на небо, усЬянное безчисленными бле- 

 стящими зв'Ьздами, то высказала желан1е: какъ Х9рошо 

 бы было, если бы всЬ эти чудныя зв'Ьзды сд-Ьлались 

 земными цв'Ьтами и она могла бы съ ними играть. 



Тогда зв'Ьзды, услышавъ это пожелан1е, сейчасъ же 

 отразились въ покрывавшихъ наземныя растен1я бле- 

 стящихъ капляхъ росы и когда на другое утро солнце 

 озарило землю, то она вся была усЬяна, какъ зв'Ьздами, 

 б'Ьлыми цветочками. 



Пресвятая Д-Ьва была въ восхищен1и, украсила ими 

 себя п сказала, что они в^чно будутъ ея любимыми 

 цв-Ьтамп и пз^сть называются цветами Марш. 



И съ т^хъ поръ, заканчиваетъ сказанхе, цв^ты эти 

 заключаютъ въ себе счастье и ихъ вопрошаютъ о 

 немъ, пересчитывая и обрывая ихъ лепестки. 



Таковы христ1анск1я легенды о происхожден1и мар- 

 гаритки, ко цветокъ этотъ имеетъ еще и языческхя. 



Латинская легенда говорить, что когда однажды пре- 

 лестная л-Ьсная др1ада Белидесъ плясала и развилась 

 съ возлюбленньшъ своимъ Ед|)игеемъ, то обратила на 

 себя вниманхе этрусскаго бога временъ года — Вертумна, 

 который, прельстившись ею, хот^лъ во что бы то ни 

 стало обнять ее и завести съ собой. 



