ЦВ-ЬТОКЪ СМЕРТИ и ГОРЯ. 193 



лыя спещальныя выставки хризантемовъ, гд-Ь платятъ за 

 наиболее оригинальные хризантемы громадный деньги. 



Изъ европейцевъ особенно увлекаются хризантемами 

 англичане, и теперь въ Англ1и н'Ьтъ почти сада, гд'Ь бы 

 зы не встр'Ьтпли этого цв-Ьтка. Цв-Ьты эти прекрасно вы- 

 носятъ англ1Йск1е туманы и цв-Ьтутъ даже до наступлешя 

 легкихъ заморозковъ. 



Англичане увлекались ими даже тогда, когда въ 

 остальной Европ'Ь на нихъ еще почти совсЬмъ не обра- 

 щали вниман1я, и прим'Ьромъ этому можетъ служить 

 празднованхе въ Хрустальномъ дворце въ Лондон'Ь въ 

 1859 году рожден1я Шиллера, гд^ бюстъ этого великаго 

 писателя былъ окруженъ тысячами хризангемовъ самыхъ 

 разнообразныхъ формъ и цв'Ьта, каше тогда только с)гще- 

 ствовали. 



Въ ЕвроггЬ хризантемы являются не столько цв-Ь- 

 тами для букетовъ и украшен1Й, сколько цв-Ьтами по- 

 хоронными. Служа какъ бы символомъ безмолвной глу- 

 бокой печали, они возлагаются, особенно парижанами, 

 на гробъ покойника. Сделанные изъ нихъ в'Ьнки, просто 

 ср-Ьзанные ихъ цв-Ьты, а иногда даже и прямо цв-Ьтущхя 

 ихъ растен1я въ горшкахъ разставляются вокругъ гроба, 

 клад)ггся на гробъ и на могилу. Такую же роль они 

 часто играютъ и у итальянцевъ. Вотъ почему', в-Ьроятно, 

 Мантегацца считаетъ ихъ цв'Ьтами мертвыхъ и разска- 

 зываетъ о ихъ происхожденхн такое грустное предан1е. 



«Жила-была, — говоритъ онъ, — много л'Ьтъ том}^ на- 

 задъ въ одномъ итальянскомъ городке б-Ьдная женщина. 

 Мужъ ея былъ страшный пьяница, который только и 

 д^Ьлалъ, что пропивалъ то, что зарабатывалъ, ^и она 

 одна должна была выбиваться изъ сшгъ, чтобы добывать 

 хл^бъ для пропитан1я. Но у нея было одно скраши- 

 вавшее всю ея горькую жизнь и дававшее ей силу бо- 

 роться ут^шен1е — малютка Пьеррино. Она только для 

 него и жила, только имъ и дышала. Злая судьба, однако, 

 преследовала ее. Ребенокъ забол-Ьлъ и умеръ. Въ ми- 

 нуту отчаянхя несчастная женщ1ша хот^ла-было лишить 

 себя жизни, но сосЬдки удержали ее; зат-Ьмъ она схва- 

 тила горячку; ее отвезли въ больниц\", и два м-Ьсяца 

 она находилась между жизнью и смертью. Она выздо- 

 ров-Ьла, и постепенно время зал-Ьчило ея душевную рану. 



Она возвратилась къ мужу, и опять потянулась ея 

 горькая, безпросв'Ьтная жизнь . . . Съ нею не было ея 

 дорогого мальчика, но она жила скорбью, жила воспоми- 

 нанхемъ о его смерти. И ц-Ьлью всей ея жизни, ц-Ьлью 

 всЬхъ ея страстныхъ желанш — являлась мечта пойти 



и. е. ЗолотницкШ — Цвйти въ легевдахъ и предав1яхъ. 13 



