Чайная камелЫ. 25^ 



Камелш являются не только любимымъ цв'Ьткомъ Япо- 

 нш, но также и не мен'Ье любимымъ цв-Ьтконъ Китая. 

 Всл'Ьдствхе этого, между этими двумя странами происхо- 

 дитъ постоянный обм'Ьнъ и торговля новостями этого 

 растенхя, и к^мьтурой его въ обширныхъ разм-Ьрахъ за- 

 нимаются не только спец1алисты-садоводы, но и вообще 

 поселяне, у которыхъ на ровныхъ м'Ьстностяхъ мояшо 

 встр'Ьтить нер-Ьдко ц-Ьлыя десятины, занятыя питомни- 

 ками маленькпхъ деревцовъ камел1Й. 



Развит1ю культуры камел1Й въ этихъ странахъ со- 

 д-Ьйствуетъ еще немало и царствующая тамъ, какъ и у 

 насъ, мода на окраску и форму цв-Ьтобъ камел1й: то 

 всЬ ^'ълекаются ярко-красными сортами, то крупными б'Ь- 

 лыми, то мелк^^чи, то б-Ьлыми, испещренными красными 

 полосками, и т. д. 



Но камел1я культивируется зд^сь не только изъ-за 

 своихъ цв'Ьтовъ, а также и изъ-за побочныхъ продз'ктовъ. 

 Изъ ея сЬмянъ выжимаютъ масло, которое въ см'Ьси съ мас- 

 ломъ лавра и герани идетъ на приготовлен1е самыхъ тон- 

 кихъ японскихъпомадъ; отваръ ея листьевъ, отличающихся, 

 какъ и листья чайной камелш (С. зазапдиа), зам'Ьчательно- 

 прЫтнымъ запахомъ, служ1ггъ прекраснымъ эликсиромъ 

 для промыван1я волосъ, придающимъ тотъ чудный блескъ 

 и ту щелковитость, которыми, какъ изв-Ьстно, отличаются 

 волосы японокъ; кора корней употребляется, какъ пре- 

 восходное л-Ькарство отъ кроваваго поноса, а само твер- 

 дое дерево идетъ на выр-Ьзку и вытачиванье т^Ьхъ мел- 

 кихъ, изящньлхъ вешлдъ, въ изготовлен1и которыхъ такъ 

 искусны какъ японцы, такъ и китайцы; наконецъ ста- 

 рыя деревья идутъ прямо на топл^шо, какъ это практ»и- 

 куется, напр., въ южныхъ провинщяхъ Япоши, а осо- 

 бенно въ Нагасаки. 



Въ Европу камел1я была ввезена въ .1738 году 1езуит- 

 скимъ монахомъ, патеромъ 1осифомъ Камелемъ, жившимъ 

 долгое время въ качеств'^ мисс10нера на Филиппинскнхъ 

 островахъ, и отъ его-то имени растенхе и получило на- 

 зван1е камелш. 



Привезенные имъ два первыхъ экземпляра этого ра- 

 стенш были проданы больщому лондонскому любителю 

 растенш, лорду Петре, который посп-Ьшилъ перенести 

 эти драгоц-^нныя растен1я въ свои теплицы въ Сорнденъ- 

 Хо.ъ1ъ; но садовникъ его, который не зналъ \хлов1Й жизни 

 этого растен1я на родин-Ь, пом*Ьстилъ ихъ въ черезчуръ 

 теплое отд'Ьлен1е, и оба деревца погибли. Огорченный 

 этогой печальной неудачей, садовникъ этотъ, по имени 

 Джонъ Гордонъ, р-Ьщилъ, однако, во что бы то Ш1 стало 



17* 



