койке, то сидел на ней, то ходил. Охотно и очень громко 

 разговаривал, так что приходилось обращать его внимание 

 на тяжелое состояние больного Мариано. Как указывал 

 доктор, Цаппи находился в большом нервном возбуждении. 



Наш санитар Анатолий Иванович Щукин не отставал 

 от нашего доктора в заботах о двух спасенных и с величай- 

 шим терпением ухаживал за больными. Ему это было тем 

 легче делать, что Цаппи немного говорил и понимал по- 

 русски. 



Однажды приходит ко мне Щукин и просит моего со- 

 вета вот по какому поводу. Щукин как-то назвал Цаппи 

 — «Товарищ Цаппи», т. е. обратился к нему так, как все 

 мы на корабле друг к другу обращались. Однако, Цаппи 

 показалось оскорбительным такое обращение. — Я для 

 тебя (Цаппи обратился к Щукину на «ты», что мы также 

 никогда не делали) не товарищ, а господин, ■ — сказал 

 Цаппи. — Как же мне теперь его называть? — спрашивал 

 меня с недоумением наш покладистый и усердный Щукин. 



Впрочем, он сам придумал блестящий выход из создав- 

 шегося трудного положения. Итальянца звали Филиппо, 

 Анатолий Иванович стал его звать по - русски «Филипп 

 Петрович». Ничего не поделаешь, надо было считаться с 

 положением Цаппи, как гостя нашего корабля. 



Продвигаясь к месту группы Вильери, нам приходилось 

 итти среди тяжелого торосистого льда. Но, благодаря то- 

 му, что между льдом было много чистой воды, я не сомне- 

 вался, что мы достигнем «красной палатки». 



Когда мы были на траверзе острова Фойн, вахтенный 

 начальник Легздин и старший помощник Пономарев, заме- 

 тили сигнал, подаваемый кем-то на острове. На гребне его 

 стоял человек и качал шестом. Мы были уверены, что это 

 был капитан Сора. 



Я приказал поднять сигналы флагами, с указанием, что 

 мы за ними зайдем на обратном пути. Дело в том, что я 

 очень опасался за судьбу людей, находившихся на плавучем 

 льду. Как бы ни было тяжело положение капитана Сора, 

 однако, он находился на твердой земли. Я надеялся, что 

 через два дня мы будем снова у острова Фойн. 



Об обнаружении Сора я тотчас же послал по-английски 

 телеграмму нашему полпреду в Осло и отправил радио- 

 грамму в Москву. 



140 



