оглашали речной простор и неумолкаемое «ура» неслось по 

 Неве. 



«Красин» вернулся домой. 



Ледокол отдал швартовы и, уж не помню, как я в люд- 

 ском потоке был вынесен на трибуну. Прожектор слепил 

 мне глаза, ни одно лицо я не мог различить. Но я чувство- 

 вал этих людей, лица которых я не видел. 



В нескольких словах перед этой огромной толпой я вы- 

 разил, как мог, и от имени всей экспедиции восторг, и бла- 

 годарность . . . 



Выступали представителци Правительства, потом от нас 

 Чухновский, Орас, Егги, выборные от команды. 



От Академии Наук СССР снова, как и во время наших 

 проводов, выступал высокочтимый Президент ее А. П. 

 Карпинский, который, в чрезвычайно теплых выражениях, 

 подчеркнул значение экспедиции на «Красине». 



Митинг давно уже закончился, а толпа все еще не рас- 

 ходилась. На «Красине» состоялся затем прием консуль- 

 ского корпуса. 



Уж поздно ночью я попал к себе на квартиру. Здесь 

 меня встретила с радостным криком моя семилетняя дочка 

 Наташа, которая ни за что не хотела лечь спать, пока я не 

 приеду домой. От волнения она ничего не могла произ- 

 нести и только порывисто прижимаясь ко мне, засматри- 

 вала мне в лицо своими светло-голубыми, лучистыми гла- 

 зами. 



Через день «Красинцы» были уже в Москве. На вок- 

 зале был выставлен почетный караул и нас встретили чле- 

 ны Комитета Помощи, во главе с т. Уншлихтом. Здесь 

 же, на перроне, нас приветствовал дипломатический корпус. 



Тысячные толпы народа заполнили площадь, где от- 

 крылся летучий митинг. На следующий день в Большом 

 Театре состоялось торжественное заседание под председа- 

 тельством т. Уншлихта, где, после наших отчетов, были 

 розданы некоторым из участников ордена и другие высшие 

 награды. 



С этого дня стали получаться сотни запросов с прось- 

 бой прочесть доклады о работе экспедиции на «Красине». 

 Я, как и многие члены нашей экспедиции, объехали десятки 

 городов от Москвы до Эривани, и повсюду самые широкие 

 массы населения встречали нас с необыкновенной, трога- 

 тельной теплотой. Как я убедился впоследствии во время 



245 



