200 ТРИНАДЦАТОЕ ПРИСУЖДЕНТЕ IPEMIH 
Говоря это, я вовее не хочу выступать защитникомъ тенден- 
цозности. НФтьъ никакой надобности подмфнять въ искусств ху- 
дожественное мфрило инымъ — политическимъ, сощальнымъ, или 
даже нраветвеннымъ. Нфтъ надобности уже по той причинЪ, что 
всякая тенденцозность ради служеня излюбленной цфли по не- 
обходимости исключаетъ всякую иную. Свойство парти — быть 
нетерпимой; и тенденщозность не только влечетъь за собою под- 
чинене искусства ничего He имфющимъ съ HUM общаго доктри- 
намъ, но изъ этихъ доктринъ она выбираетъ себф одну, непре- 
мфнно только одну, отрицая законность всЪхъ остальныхъ. А кто 
станетъ судьей между разнородными ученями? Кто рЪшится при- 
знать за любымъ изъ нихъ преимущество безусловной правды? 
Роль искусства, его самостоятельная, вполнф законная роль,—въ 
томъ лишь, чтобы возсоздавать въ художественномъ образЪ явле- 
мя жизни, и притомъ въ одинаковой MPPB жизни внфшней, бы- 
товой и внутренней, идейной. А если бы кто-нибудь вздумалъ 
потребовать оть меня точнаго опредфлевя эпитета „художествен- 
ный“, я бы сказалъ, что тотъ образъ въ дЪйствительности 3acıy- 
живаеть этого названя, который совмфщаеть въ себЪ два уело- 
вя — типичность, то есть ширину воспроизводимаго явлен1я, и 
красоту формы, въ которую оно выливается. Когда БЪлинск!й 
возставалъ противъ безсодержательной литературы и хотфль ожи- 
вить беллетристику, сдфлавъ изъ нея выразительницу обществен- 
наго MHbHIA, его воодушевляль чистый идеализмъ сороковыхъ го- 
довъ, стремивпийся вызвать среди русскаго общества проевЪти- 
тельное движеше. Но далеко не такимъ было движеше шестиде- 
сятыхъ годовъ. Оно выиграло въ опредфленности, но зато при- 
крашивало такими словами, какъ гуманность и прогреесъ, 5.10 
одной парти, даже одного класса. Когда искусство проникается 
тенденцюзностью, т. €. становится орущемъ извфстной партии, 
оно по необходимости заражается всею страстноетью, всею одно- 
сторонностью политической борьбы. Подчиневше искусства выс- 
шимъ началамъ прогресса и правды является‘ задачей недости- 
таемой. И убЪждаеть насъ въ этомъ, между прочимъ, одно чрез- 
вычайно характерное явлеше. Th самые писатели, которые всего 
