01У ИСТОРИКО-ФИЛОЛОГИЧЕСКОЕ 0ТДВЛЕН1Е. 



изв'Ьстнаго знатока англ1иско11 констптуцхп — Бутыи; поддерживаемый То- 

 ноыъ, онъ съ удпвательнымъ пскусствомъ подбпралъ себ'Ъ сотруднпковъ, 

 преимущественно средп тЬхъ людей, которые моглп преподавать науку 

 уже послЬ того, какъ саып онп прилагали прпнцппьт ея къ дЬлу; выборъ 

 Бутмп по части дипломатической пстор1и палъ на Оореля. По сов'Ьту 

 историка Гизо избравши себт& дипломатическую карьеру, Сорель прп- 

 нималъ самое д'Ъятельное участ1е въ дппломатическпхъ переговорахъ, 

 связанныхъ съ пзв'Ьотнымн событ1ямп 1870 — 71 гг., и на практпк'Ь былъ 

 знакомъ съ дипломат1еп, съ т'Ьыъ, какъ пишутся дипломатическ1я бумаги 

 п кашя страсти скрываются подъ ихъ отвлеченными и вылощенными 

 формами. Сорель охотно отозвался на приглашен1е Бутми и, почти съ 

 самаго открыпя его школы, сталъ читать свопмъ слушателямъ блестя Щ1я 

 лекщи по пстор1п отношенш Франции къ Еврои'Ь въ новое время; широко 

 ставя свою задачу, онъ полагалъ, однако, что для пониман1я историче- 

 скихъ фактовъ, надо восходить къ началу ихъ, и въ прошедшемъ пскалъ 

 объяснен1Я настоящему; съ такой точки зр'Ьн1я онъ естественно обра- 

 тился къ сиещальному пзученио эпохи, предопред'Ълпвшей посл'Ъдующее 

 направление французской дппломат1и, т. е. къ истор1и отношенШ между 

 револющонной Франщей и Европой. 



„Въ этой области у Оореля было не мало предшественниковъ: изъ 

 прежнихъ ученыхъ, онъ преклонялся передъ Монтескье и близко 

 стоялъ къ „самому глубокому изъ исторпковъ французской револющи" — 

 Токвиллю; т'Ъмъ не мен'Ье Сорель съум'Ьлъ занять свою самостоятель- 

 ную позищю, даже по отношен1Ю къ важн'Ъйшпыъ изъ совреыенныхъ 

 ему ученыхъ. 



Сорель уступалъ, наприм'Ъръ, Тэну въ глубпн'Ь философской кон- 

 цеицш: но онъ и не увлекался, подобно ему, абстрактнымъ изученхемъ 

 самыхъ отдалонныхъ нрпчинъ явленхй; ири обширномъ знакомстве своемъ 

 съ источниками, въ особенности печатными, онъ чаще и строже Тэна 

 подчннялъ свое творчество требован1ямъ исторической критики и лучше 

 его изображалъ ближайшая и конкретныя услов1я, въ которыхъ данные 

 факты возникали; такнмъ образомъ, глубоко чувствуя всю полноту и мно- 

 гообразхе д'Ъиствптельности, онъ не могъ удовлетвориться трудомъТэна, 

 да и в'Ьрн^е его былъ въ состоянхи оц'Ънить политическую жизнь своей 

 родины въ ея прошломъ: благодаря служб'Ь своей при сенат'Ь хорошо 

 усвоивши себ'Ь технику законодательства, онъ внимательно сл'Ьдилъ за 

 т^мъ, какъ люди создаютъ свое право, и придавалъ существенное зна- 

 чен1е пстор1п законовъ п учрежден1н, словомъ, онъ указывалъ на ту 

 высокую роль, которая принадлежала государству въ общемъ ход'б чело- 

 в'Ьческой цпвилпзацш. 



„Впрочемъ, въ то время, когда Сорель готовилъ свойтрудъ къ пе- 

 чати, консерватпвныя тенденщи Тэна уже уступили м'Ъсто новымъ те- 

 чен1ямъ. Во глав-Ь ихъ стоялъ Оларъ; но Сорель не могъ вид'Ьть въ 

 немъ соперника: Оларъ занимался пзученхемъ преимущественно вну- 

 тренней нстор1н французской револющи: съ научно-полптической точки 

 зр'Ьн1я онъ выяснялъ, кашя обстоятельства постепенно привели фран- 

 цузск1й народъ къ осущеотвлен1Ю идеи равенства въ демократ1и и идеп 



