ОБЩЕЕ СОБРАН1Е. XIX 



вавшпиъ тогда по Европе, и по его совету решился возвратиться на святую Русь, 

 но не въ Москву, а въ С.-Петербургъ, гдЬ мы и находинъ его въ ноябре 1842 года. 

 Онъ опять погрузился въ свои работы по славяпскимъ древностям, и преи- 

 мущественно по русской исторш, свелъ много драгоц'Ьнныхъ ученыхъ знакомств!., 

 сталъ думать о матер^альпомъ обезпеченш, о службе, о месте, о средствахъ къ 

 существованш. Работы пошли отлично, быстро и ходко; составлялась полная 

 библшграф1я русской исторш, то есть ученое обозр'Ьюе всвхъ источниковъ ея — 

 русскихъ, польскихъ, славянскихъ, немецкихъ, греческихъ, исландскихъ, заду- 

 мано было потомъ сочинеше объ основами русскаго государства Варягами, зна- 

 менитое Веги/ипд йсг зсЫоесИзскеп ВоЛзеп. Но вопросъ о мате]нальномъ обез- 

 печенш сталъ внушать заботы и ч'Ьмъ далее, т г Ьмъ болтзе эти заботы станови- 

 лись настоятельнее и острие. Не смотря на благосклонный въ начале щлемъ Ми- 

 нистра Народпаго иросв , Бщен1я, графа Уварова, стали встречаться признаки не- 

 доверия, разныя формальныя препятствия; гимназическимъ учителемъ А. А. Ку- 

 ни къ не хотелъ сделаться, ибо виделъ въ этомъ разлуку съ своимъ ученымъ призва- 

 шемъ, библштекаремъ въ Румянцевскомъ музей онъ не могъ быть опредёлонъ, 

 потону что не имёлъ чина и даже не былъ русскимъ подданныиъ и т. д. и т. д. 

 Утешешемъ и надеждою служила благосклонность п внимание такихъ почтен- 

 ныхъ лотами и заслугами ученыхъ мужей, какъ академикъ Ф. Кругъ и дирек- 

 тора Института восточныхъ языковъ при Министерстве Иностранныхъ д^лъ 

 Фридрихъ — по русски беодоръ Павловичъ Аделунгъ, занимавшейся тогда при- 

 готовлешемъ къ издашю своего долго ле.гвемаго сокровища „Обозрения иностран- 

 ныхъ путешественниковъ по Россш до 1700 года" (на немецкомъ языке). Легко 

 себе представить, какое впечатление должно было произвести на двухъ стар- 

 цевъ, почтенныхъ немецкихъ ученыхъ знакомство съ молодымъ, жпвымъ и оду- 

 шовлеппымъ А. А. Куникомъ; па пихъ повеяло свежимъ воздухомъ родины п 

 воспоминаниями юности; наукой они занимались съ любовью, по мало по малу 

 стали превращаться въ тихихъ и спокойпыхъ собирателей, несколько угрюмыхъ 

 и недоверчивыхъ, — отчасти они и поотстали отъ современнаго научнаго положе- 

 на. А. А. Куникъ явился какъ желанный вестпикъ со свежими новостями, могъ 

 многое норазсказать о яовыхъ чудесахъ, о новыхъ завоевашяхъ немецкой науки, 

 о Бопп'Ь, о Гриммахъ, о сравнительномъ языкознанш, объ исторической грам- 

 матике, къ тому же онъ относился къ предмету ихъ занятш" съ жпвейшпмъ уча- 

 шемъ и съ полпыиъ зпашемъ дела. — Кругъ говорилъ своему сотоварищу по 

 Акадомш, Вуссе: „Въ моемъ возрасте я неохотно принимаю посещсшя пезпа- 

 комыхъ молодыхъ людей; лишь въ отношении къ одному молодому человеку, при- 

 бывшему сюда, я едЪлалъ теперь исключение и сказалъ ему: посещайте меня 

 шюша". Речь шла о Кунике. Аделунгъ съ начала былъ скрытенъ по отноше- 

 ние къ А. А. Кунику, какъ и ко всякому другому, но после сталъ доверчивее, 

 самъ завелъ речь о своихъ работахъ, при чемъ сказалъ собеседнику: „вы не осудите 

 меня за то, что я не всякому даю въ руки своп собрата, съ трудомъ составленный, 

 равно и относящаяся къ нимъ работы. Но вы — дело другое; вамъ я покажу все". 

 У Аделунга было собрано более 300 известш о путешесгвеннпкахъ по древней 

 Роесш; собраше этого материала, приготовленнаго большею частно къ печати, 

 стоило ему болыппхъ депегъ; одному проф. Буле заплачено было за его бумаги 

 500 рублей. Кроме Ф. Круга и Аделунга А. А. Куникъ расположилъ въсвою 

 пользу Кеппена и Шегрена... Аделупгу первому пришла мысль, чтонадлежа- 



