ОБЩЕЕ СОБРАШЕ. XXV 



догическаго. „Все остальное приложится вамъ". „Но, Аристъ Аристовичъ, какъ 

 же намъ сидеть спокойно, не имея у себя ключей отъ своего дома? Какъ же нужно 

 иметь смиреше, чтобы ни въ чемъ никогда не раздражать гордыхъ и заносчи- 

 выхъ мореплавателей, всегда готовыхъ расправиться со слабыми, когда этого 

 требуютъ ихъ не доступныя посторонней предусмотрительности выгоды, и отлично 

 ум'вющихъ бомбардировать чуж1о берега и крепости, укрывающая чужой флотъ? 

 Да и какъ развивать хороппе финансы въ наши времена, не им'Бя въ рукавице 

 кръпкаго кулака, когда иначе могутъ вамъ предписать таюе тарифы, отъ которыхъ 

 богатеть будетъ одна противная сторона, а другая — именно ваша — будетъ 

 осуждена на экономическое рабство. Если это будетъ именно такъ, то откуда 

 будетъ возобновляться и поддерживаться интеллигентный классъ вашихъ цените- 

 лей: кто будетъ читать и покупать ваши книги, писанныя порусски и о русской 

 истор]и"? Впрочемъ, въ посл'Ьднемъ отношенш Аристъ Аристовичъ не былъ тре- 

 бователенъ. Популярности онъ ужъ поистине не искалъ, болыпаго числа читате- 

 лей скорее боялся и всегда готовъ былъ принять меры противъ ихъ излишества. 

 Когда возникла мысль объ изданш спещальнаго журнала по византиноведение, 

 опъ возсталъ противъ предположеннаго наименования новаго органа Византш- 

 скимъ обозртпемъ, находя это слпшкомъ, по его выражение, будуа2шымъ, 

 слишкомъ разсчитаннымъ на рекламу, и въ угоду ему было придумано назвате 

 Бременникъ, все-таки отзывающееся н1жоторымъ почтепнымъ архапзмомъ. — Въ 

 копц* копцовъ Аристу Арпстовпчу пе чужда была и та известная серюзная 

 идея, что хорошихъ финансовъ можно достигнуть при помощи хорошей политики. 

 Но дал^е — далее начинался уже такой радикализму который напоминалъ 

 о Жанъ-Жаке Руссо и предупреждалъ графа Л. Н. Толстаго. Совдальный во- 

 просъ А. А. Куникъ решалъ очень просто; опъ утверждалъ, что 30,000 руб- 

 лей есть шахшшп дохода, который дозволяется иметь частному человеку. Вся- 

 кие капиталы, выступающее за соответствующую норму, должны перестать суще- 

 ствовать. Тутъ уже не прогрессивный налогъ долженъ действовать, а меры более 

 решительныя и крепыя. Конечно, не буржуазные парламенты или каыя-лпбо 

 такъ называемыя представительныя учрежден1я могутъ па нихъ решиться, а 

 только строгая монархическая власть. Петръ Великш — после исторической кри- 

 тики второй предметъ веровашя Ариста Аристовича — могъ бы это сделать. 

 Тогда все были бы спокойнее и счастливее. Счагае человеческое вообще не 

 многаго требуетъ; наука, конечно, нужна, но она для пзбранныхъ; образовате 

 безъ науки стбитъ не многаго и часто прикрываетъ одну пустоту и ложь. По- 

 этому, не следуетъ искусственно распложать такъ-называемую интеллигенщю; 

 лучше оставлять людей, въ которыхъ даже принимаешь учасие, въ простоте и 

 невысокой доле. Если бы Аристъ Аристовичъ не былъ протестантскимъ мона- 

 хомъ, если бы онъ имелъ хотя бы „натуральныхъ" детей, то онъ, по всей вероят- 

 ности, не сталъ бы отдавать ихъ, какъ Руссо, въ воспитательный домъ, но не 

 сталъ бы и много хлопотать о прюбщети ихъ къ рядамъ интеллигентнаго сосло- 

 В1я. Ведь въ простой, низкой доле они могли бы быть не менее счастливы. 



. Я долженъ сделать оговорку. Я счелъ бы болыпимъ грехомъ что-нибудь 

 выдумывать на покойнаго, котораго искренно уважалъ и которому за многое 

 обязанъ быть благодарнымъ; я желалъ бы сохранить за нимъ не только ученый, 

 но и человечешй живой образъ, но имею для этого пока только скудный мате- 

 р1алъ въ свонхъ воспоминашяхъ о личныхъ съ нимъ беседахъ, изъ которыхъ п 



