— 226 — 



сколько съ исторической п бытовой стороны. Они вполне прпнадлежатъ 

 исторш. Для словесника-лингвиста, изучагощаго законы живого языка, 

 первостепенную важность им-Ьготъ памятники живого народнаго творче- 

 ства, отражающ1е въ себ'Ь въ полной сил'Ъ и точности народную стих1Ю и 

 могущ1е дать надежный матер1алъ для сужден1я о пр1емахъ и законахъ 

 этого творчества вообще и о жизни и развит1и языка въ частности. 



„Внимательное изучеше живого народнаго языка можетъ естествен- 

 нымъ образомъ привести между прочимъ къ вопросу: можетъ ли этотъ 

 языкъ сд'Ьлаться языкомъ литературнымъ? Способность языка къ развит1ю 

 въ этомъ направленш вависитъ отъ степени его богатства, его гибкости и 

 жизнеспособности, и только изучивъ съ этой стороны возможно б0ЛЬШ1Й 

 запасъ народнаго творчества, можно такъ или иначе отв'Ътить на постав- 

 ленный выше вопросъ. Для большей же ув-Ьренности въ сужден1и объ 

 этомъ вопросе, весьма полезно разсмотр'Ьть иоц'^&нить также попытки лп- 

 тературнаго творчества, если таковыя им-Ьются на данномъ язык'Ь или 

 нар'Ьчхи. 



„Такимъ образомъ, по отношен1Ю къ б'Ьлорусскому языку, какъ съ 

 научной, такъ и практической точки зр'Ьнхя, является необходимость 

 прежде всего: 1) привести въ пзв'Ъстность всю наличность произведен1й 

 чисто народнаго слевестнаго творчества и 2) свести въ одно ц']&лов всЬ 

 опыты литературнаго художественнаго творчества на язык-Ь народа. 



„Д'Ьло собпран1я памятниковъ б'Ьлорусской народной словесности, 

 особенно въ посл-^дная десятил^т1Я, благодаря трудамъ г.г. Шейна, Ро- 

 манова, Добровольскаго и др., значительно подвинулось впередъ. Та- 

 кимъ образомъ, первая часть нам']1ченной научной работы уже въ значи- 

 тельной м'Ьр'Ь выполнена. Что же касается второй части этой работы, т. е. 

 ознакомлен1Я съ образцами искусственной литературы на б'Ьлорусскомъ 

 язык'Ь, то въ этомъ отношен1и до сихъ поръ почти ничего не сд'Ьлано. 



„Въ истор1и пзучен1я б'Ьлорусскаго фольклора сл-Ьдуотъ различать 

 два перхода: одинъ — польск1й, другой — русскхй. Несмотря на то, что за- 

 падная Русь уже бол-Ье двухъ в'Ьковъ составляетъ предметъ вниман1я 

 русскаго правительства и нащональной политики, мы должны сознаться, 

 что русской наукой почти ничего не было сд'Ьлано по части изучетя края 

 вплоть до половины Х1Х-Г0 стол'Ьт1я. Начало этому изучен1ю положено было 

 гораздо раньше польскими учеными и любителями, неблагодарно нами за- 

 бытыми. Только съ конца бО-хъ и начала 60-хъ годовъ, когда народная 

 жизнь въ связи съ крестьянской реформой стала однимъ пзъ главныхъ 

 предметовъ обп];ественной мысли въ Росош, русск1е изсл'Ьдователи духов- 

 наго народнаго быта стали обращать вниман1е и на забытыхъ б'Ьлорус- 

 совъ, и тогда стали появляться и въ русскихъ издан1яхъ разрозненные, 

 фольклористическ1е матер1алы изъ разныхъ м'Ъстъ Б'Ьлорусс)п. Для уче- 

 наго, который пожелалъ бы овлад'^&ть всЬмъ им'Ьющпмся въ печати мате- 

 р1аломъ по части б'Ьлорусскаго фольклора, эти первоначальныя работы 

 русскпхъ изсл-Ьдоватолей, разбросанныя нередко по различнымъ давно 



