XXXII ОБЩЕЕ С0БРАН1Е. 



въ основ'Ь Оудебнаго в'Ьдомотва— идеи водворен1я правосудхя въ д^лахъ 

 челов'Ъчеокихъ. Этой высокой пде^Ь онъ былъ всегда слугою в'Ърнымъ — 

 не съ формальной только стороны, а по сердечному призванию, съ жи- 

 вымъ увлечен1емъ его д'Ъятелъной н благородной натуры. Первая поло- 

 вина его службы, т. е. 25 л-Ьтъ, въ Москв'Ь, посл']&доватвльно въ должно- 

 стяхъ Старшаго члена Судебной палаты, прокурора и председателя Су- 

 дебной палаты — ^поставила его шицемъ тсъ.лицу съ народомъ и раскрыла 

 передъ ннмъ разныя стороны практическаго прим'Ьненхя судебныхъ 

 установлен!» въ жизни народной. Пр1об2Э'Ьтенная этымъ путемъ обп1ир- 

 ная опытность выдвинула его въ ряды выдающихся д'Ьятелей, на кото- 

 рыхъ пала завидная честь — участвовать въ подготовительныхъ работахъ 

 по судебной реформ'^, этого одного изъ славн'Ьйшихъ д-^янхй Царя-Осво- 

 бодителя. Труды Ровинскаго по этой части были награждены назначе- 

 темъ его, въ 1870 г., къ присутствт въ Правительствующемъ Сенате, 

 въ которомъ онъ и завершилъ свое служен1е въ зван1и Сенатора по уго- 

 ловному Касацшнному Департаменту. 



„Но какъ бы челов'Ькъ ни былъ поглощенъ псполнен1емъ своего 

 долга, ему нуженъ еще и отдыхъ — а отдых омъ для Ровинск,аго всегда 

 слулшли исключительно и всецтбло — изящныя искуства. — Увлек,шись еще 

 съ молода мастерскими п^зоизведетямп гравировальнаго искуства, онъ 

 мало по малу сталъ собирателемъ красивыхъ и Ц'^нныхъ пностранныхъ 

 бюреней, а еще бол'Ье — т'Ьхъ офортовъ, въ которыхъ выражалось творче- 

 ство великихъголандскихъ и н-Ьмецкихъ масте]зовъ XVI и ХУЦстол'Ьпй. 

 Неумен ничего делать на половину онъ скоро сд'Ълался, какъ страстный 

 колекщонеръ, изв^&стенъ во всей Европе; собранная пмъ колекц1я уже 

 выдерживала весьма выгодное для нея сравнен1е съ лучшими частными 

 иностранными, по р'Ьдкости и ценности вошедшихъ въ нее листовъ; но 

 вдругъ знакомство съ Погодинымъ дало новое направлен1е его колек- 

 дхонерству. „То, что Вы собираете, довольно собираютъ и Д2эуг1е; такъ 

 этимъ никого не удивите; а вотъ собирайте-ка все русское, чего еще ни- 

 кто не собираетъ и что по этому остается въ иренебрежешп и часто 

 безсл'Ьдно пропадаетъ,— такъ польза будетъ иная". Так1я слова маститаго 

 рад'Ьтеля отечественной старины глубоко запали въ русскую душу Ро- 

 винскаго и сътой поры онъ сталъ горячимъ собирателемъ произведенш 

 русскаго графическаго искуства, при чемъ руководною нитью было уже 

 не худоясественное достоинство собираемаго, а отечественное его проис- 

 хождвн1е, по поговорк'Ь: хоть б^Ьдненькое, да свое. Такъ родились, росли 

 и обогащались до самой смерти Ровинскаго, накопленныя въ его пап- 

 кахъ, неоравненныя по своей полнот-Ь, собрашя: гравированныхъ пор- 

 третовъ русскихъ д'Ьятелей, псторическихъ листовъ, народныхъ (лубоч- 

 ныхъ) картинъ, произведен1й такъ называемыхъ серебренниковъ, равно 

 какъ нов^йшихъ русскихъ бюринистовъ и офортистовъ и пр. и пр. 



„Платя деньги, и хорош1я деньгп, за то, что прежде бросалось какъ 

 неим'Ьвшее никакой д'Ънности, Ровинскхй т'Ьмъ воззвалъ къ жизни ц'Ь- 

 лую новую отрасль антикварной у насъ торговли; его ирим^^ръ, а еще 

 бол^е изданныя пмъ сочинетя — породили ц^лое покол'Ьте колекц1онв- 

 ровъ по спецхальностИ; называемой для краткости Лоззка, а сл'Ьдств1вмъ 



