416 ОТЧЕТЪ ОБЪ ОДИННАДЦАТОМЪ ПРИСУЖДЕНШ 



носитъ съ собой и радость, и невзгоды. Рецензентъ, указавъ на н'бкоторые 

 недостатки произведенш, отнееенныхъ имъ къ этому отд'Ьлу, останавли- 

 ваетъ вниман1е на разсказй «Тепломъ пов-бяло». Передъ нами проходить 

 зд'Ьсь только одинъ день изъ жизни ПорФир1я Ивановича, но этотъ день 

 бросаетъ яркш св-Ьтъ на все его прошедшее. Къ старику, рано овдов'бв- 

 шему и оттолкнувшему отъ себя единственную дочь, потому что она заду- 

 мала выйти замужъ противъ его воли, прйзжаетъ неожиданно внучка, ко- 

 торой онъ никогда не видалъ и о самомъ суш,ествовати которой ничего не 

 зналъ. Онъ застылъ въ своемъ равнодуш1и ко всему и ко всбмъ, въ спо- 

 койствш своего безвреднаго, но столь же безполезнаго одиночества. Без- 

 хитростные разсказы внучки, ея простая, откровенная беседа пробуждаютъ 

 его отъ этого полусна и наводятъ его на мысль, что вся прежняя его жизнь 

 была сплошною ошибкою, что онъ гораздо бол'бе виноватъ передъ умер- 

 шей дочерью, ч-^мъ дочь — передъ нимъ. Конечно, раскаяше ПорФир1я Пе- 

 тровича не можетъ быть особенно горькимъ, поворотъ его къ другому на- 

 строенш особенно р'Ьзкимъ; но все же мимоходомъ «нов-Ьявшее тепло» 

 оставляетъ его не т'Ьмъ, ч-1мъ онъ былъ раньше. Разсказъ проникнуть 

 искреннею задушевностью и вм'Ьст'б съ т-Ьмъ бо-ньшою сдержанностш; н-Ьтъ 

 ничего натянутаго, ничего лишняго; очень тонко нам'Ьчено отсутств1е вну- 

 тренней связи между д-Ьдомъ и внучкой, которые, по наивному выраженш 

 посл'Ьдней, въ одинъ день, несмотря на радость встр-Ьчи, «все переговорили». 

 Къ третьей категорш разсказовъ г. Лугового — изъ народнаго 

 быта — принадлежать: «Не судилъ Богъ», «Однимь часомъ», «За грозой 

 вёдро»и«Швейцаръ». «Не судилъ Богъ» — первый оныть г. Лугового въ 

 области беллетристики — до сихь поръ остается однимь изъ лучшихъ его 

 разсказовъ. Нельзя не пожал-бть, что г. Луговой съ 1889 года ни разу 

 не возвращался къ разсказамь изъ народнаго быта, которые им'Ьютъ неео- 

 мнйнныя достоинства. Послй этихъ разсказовъ г. Арсеньевъ разсматри- 

 ваетъ дв'Ь пьесы, написанньш для театра. «За Волотымъ руномъ» есть рядъ 

 сцень удачныхъ именно по столько, по сколько идеть рйчь о «Золотомь рун'Ь» 

 въ образ'Ь никому, кром% самихъ аргонавтовъ, ненужной жел'Ьзной дороги. 

 Безмерное легкомысл1е, съ которымъ задумываются подобньм предпр1ят1я, 

 жадность однихъ, наивность другихъ, мелкая расчетливость третьихъ изоб- 

 ражены м'Ьстамй не дурно; особенно удачно сов'Ьщаше «предпринимателей» 

 въ нервомь дМствш и составлеше по азбучному порядку списка товаровь, 

 которые будеть перевозить новая дорога — во второмъ. Новаго впрочемъ, за- 

 м'Ьчаетъг. Арсеньевъ, во всемь этомь мало; спекулятивная горячка — тема 

 довольно избитая. Вьшукло очерченныхъ характеровъ н-ёть. Второстепен- 

 ное д'Ьйствхе, переплетенное съ главныиь — сватовство у Косолаповыхъ — 

 ничего не прибавляеть къ интересу пьесы; превращете молодого Колом- 



