418. ОТЧЕТЪ ОБЪ ОДИННАДЦАТОМЪ ПРИСУЖДЕШИ 



онъ возобновшъ ангажемеытъ съ излюбленыьшъ ею пйвцомъ, и не хочетъ 

 слз'шать дебютанта, приглашеннаго на его м'бсто; директоръ настаиваетъ 

 на дебюте — и несчастный п'Ьвецъ, разстроенный и больной, поетъ черезъ 

 силу, терпитъ полнМшее ф1аско и умираетъ чрезъ н'Ьсколько дней отъ вос- 

 палешя легкихъ. Наконецъ д-Ьйствхе переносится въРосс1ю, въ наше время. 

 Молодому хиру1згу, быстро достигшему знаменитости, не удается операцхя, 

 отчасти всл'Ьдств1е ошибки въ дхагноз'Ь, отчасти по вин'Ь завидуюш,аго ему 

 товариш,а; больная умираетъ подъ ножемъ. Въ довершенхе бЬды, операторъ, 

 заи'Ьтивъ устроенную ему ловз^шку, тутъ же, не окончивъ онеращи, даетъ 

 пош,ечину своему сопернику. За неудачей начинается рядъ невзгодъ для 

 доктора. Мужъ умершей называетъ его убшцей и бросаетъ ему деньги; въ 

 печати появляются статьи, излагающ1я д'Ьло въ самомъ неблагопр1ятномъ 

 для него св-Ьт-Ь; пацхенты одинъ за другимъ его оставляютъ; ему прихо- 

 дится оправдываться передъ Факультетомъ; даже въ жен'Ь, имъ любимой, 

 онъ не находить поддержки и сочувствия. Переносить все это и бороться 

 приходится ему не по силамъ — и онъ решается на самоубшство. 



Кром-Ь третьей картины, которая плохо вяясется съ ц'Ьлымъ, такъ 

 какъ публика нич'Ьмъ не связана съ п'Ьвцомъ и смерть его разв'Ь въ самой 

 незначительной степени зависЬла отъ понесенной имъ неудачи, всЬ осталь- 

 ныя обрисовываютъ какъ не.1ьзя лучше основную мысль произведен1я.Рим- 

 сюй циркъ, мадритская арена изображены рельеФно и ярко; безсердечное 

 легкомысл1е праздной толпы, совершенно одинаковое на протяжен1и многихъ 

 стол'йтш, развертывается передъ нами во всЬхъ отт'Ьнкахъ и переходахъ 

 отъ преклонетя передъ успЬхомъ до жестокаго тае т1с418. Эту же толпу 

 мы узнаемъ и въ обществ'Ь, такъ быстро отворачивающемся отъ своего 

 недавняго медицинскаго кумира. Сводя счеты съ своимъ прошедшимъ, док- 

 торъ выведенный на сцену г. Луговымъ, не только строгъ по отноше- 

 нию къ другимъ, но онъ творитъ судъ и надъ самимъ собою, и именно потому 

 такъ суровъ произносимый имъ приговоръ. Страницы, посвященный этому 

 ретроспективному анализу, принадлежатъ къ числу самыхъ сильныхъ въ 

 «РоШсе уегзо»; жаль, что ихъ н^&сколько портятъ длинный выписки изъ 

 Шопепгауера. 



«Грани жизни» — единственный романъ, написанный г. Луговымъ. 

 Главный д'Ьйствующ1я лица романа: Нерамова и Сарматовъ. Заурядная 

 эгоистка въ первой части, кандидатка въ каме.1Ш — во второй, потомъ, въ 

 качеств-Ё модной портнихи, систематически грабящая своихъ заказчицъ, 

 думающая только о себ-Ь, Нерамова превращается подъ конецъ въ само- 

 отверженно любящую женщину и рад'бтельницу о народ'6. Сарматовъ, еще 

 въ 40 л'Ьтъ отличавшшся отъ «праздныхъ шелопаевъ» только т'бмъ, что 

 онъ «мыслилъ», а потомъ уставш1й и мыслить, также возвышается однимъ 



