258 



кина, Лермонтова, Некрасова, Толстого, Герцена, Тургенева— 

 это такой удгЬлъный в'бсъ, который неизбежно ская^ется. А если 

 даже иностранцы и не станутъ учиться по-русски, и все сокро- 

 вища нашей литературы и науки останутся для нихъ мертвымъ 

 кладомъ, — то, право же, это будетъ ихъ б'Бда, а не наша, и н-бтъ 

 намъ нужды брать на себя роль строгихъ преподавателей. 



Не надо забывать, что извлечете вовсе не можетъ заменять 

 подлинную работ}-: оно только даетъ бол1зе полное, чтзмъ загла- 

 В1е, понят1е о содержанш статьи, и, казалось бы, еще можетъ 

 способствовать „принужденш" иностранцевъ учиться по-русски: 

 не зная, есть ли въ статьъ - что-либо полезное для него, иностра- 

 нецъ, пожалуй, и не станетъ трудиться разбирать трудную для 

 него грамоту, видя же изъ извлечешя, что статья говорить какъ 

 разъ о нужномъ для него вопросе съ интересной для него точки 

 зр-вшя, онъ поневолтэ захочетъ изучить ее всю. 



Можно пойти и дальше, и не только писать, но и читать на 

 чужомъ языкТэ отказываться. Что я говорю „можно" — это уже 

 лаютъ некоторые сверхъ патрютичные авторы (конечно, изъ 

 нтзмцевъ). На одну подобную выходку я отзываюсь въ одномъ изъ 

 только что Вамъ отосланныхъ обзоровъ иностранной литературы. 



Когда я и годъ, и два назадъ настаивалъ передъ редакщей 

 на полезности извлеченш на западно-европейскихъ языкахъ, я ру- 

 ководствовался теми же взглядами на нужды и пользы взаимнаго 

 общешя и понимашя научныхъ работниковъ, которые высказы- 

 валъ въ своемъ отзывъ- объ эсперантистской работтз г. Стояна (въ 

 3 — 4 книге „Орнитологическаго Втзстника" за 1911 г.), взглядами, 

 не явившимися у меня импрессюнистскимъ отзв}жомъ какихъ-либо 

 постороннихъ научной работтв явленш, хотя бы и грандюзныхъ, 

 но создавшихся мало-по-малу изъ многолтзтняго опыта общешя 

 съ наукой, — увы, слишкомъ даже многолетня го, какъ порою на- 

 чинаетъ казаться (первая моя орнитологическая замътка напеча- 

 тана еще въ 1888 г.!). 



Чтшъ жив-ве и полн-ве общеше всвхъ работаюшихъ на одномъ 

 поприщ!} лицъ, ттзмъ плодотворитзе ихъ работа, т-вмъ лучше для 

 каждаго изъ такихъ работниковъ въ отдельности и для высшихъ 

 интересовъ науки вообще. Обмтшъ тутъ неизбежно взаимный и 

 инымъ быть не можетъ: иностранецъ, составляя сводную или мо- 

 нографическую работу о какой-нибудь группе птицъ, сд-влаетъ 

 ее много лучше, если будетъ знать все, что въ этой области сде- 

 лано не только его соотечественниками, но, напримт^рт., и рус- 



