— 237 — 



екая, — бывш1й Гиосенск1й профессоръ Цейцъ. Онъ могъ 

 npitxaib только на сл'Ёдующ1й день утромъ; но и онъ ни- 

 чего утЬшительнаго не сказалъ и объявилъ, что такъ какъ 

 сознан1е не вернулось къ больному черезъ сутки посл'Ь по- 

 разившаго его удара, то надежды на cnacenie его почти 

 н-Ьтъ никакой. И д-Ействительно: въ воскресенье уже съ 

 утра появились первые признаки отёка легкихъ и вскорЪ 

 сталъ обнаруживаться процессъ постепеннаго ихъ паралича, 

 развивавшШся съ неимов-Ьрною быстротою. Начались хрин-Ь- 

 Hie и клокоташе въ груди; больной лежалъ какъ бы въ 

 orHt съ закрытыми глазами. Въ первый день онъ еще могъ гло- 

 тать жидкую пищу U вино, на второй день онъ утратилъ и 

 эту способность. Въ такомъ положен1и больной пробылъ 

 до 3-го часа утра (съ 31-го августа по 1-ое сентября). Въ 

 это время онъ вдругъ какъ бы иачалъ успокоиваться; ды- 

 хан1е становилось все тише и р-Ьже, xpnn-feHie уменьшилось 

 и въ 3 часа 5 минутъ утра, 1 (13) сентября, Карлъ Ива- 

 яовичъ тихо отошелъ въ вечность на рукахъ у сына и не- 

 в-Ёстки! 



Заграничные родственники покойного п тамошн1е друзья 

 его очень желали, чтобы йарлъ Ивановичъ, скончавшШся 

 въ СОСЕДСТВ* съ своимъ роднымъ городомъ, былъ погребенъ 

 въ Майнц*. Но д'Ёти покойнаго, находя что Росс1я стала 

 для ихъ отца вторььмъ отечествомъ, что въ Россш онъ про- 

 жилъ 52 года и посвятилъ ей свою полувековую деятель- 

 ность, что онъ горячо любилъ Россш и обязанъ былъ ей 

 своимъ общественнымъ положен1емъ,— пожелали, чтобы прахъ 

 ихъ дорогаго родителя покоился въ Poccin и потому решили 

 перевести тЪло его изъ Висбадена въ Москву. 



