— 23 — 



^сорганизовано, я съ развыхъ сторонъ слышалъ такое зам'Ьчан1е: какъ 

 это странно. Когда Умовъ былъ живъ, о немъ говорили такъ мало, а 

 теперь, П0СЛ1& его смерти всЬ ученыя общества Москвы оплакаваютъ его 

 потер». Это зам^чаше въ высшей степени характерно. При исключитель- 

 ной скромности Николая Алексеевича, мы при его жизни ни въ какомъ 

 случа'Ь не могли сказать eniy то, что говорили сейчасъ. Я еикакъ не могу 

 представить себ'Ь Николая Алексеевича юбиляромъ. Но после его смерти 

 мы считаемъ себя обязанными выяснить для широкихъ круговъ общества 

 разностороннее значен1е покойнаго. Позвольте же теперь, передъ его пор- 

 третомъ, отъ лица всЬхъ собравшихся зд-Ьсь Обществъ сказать ему наши 

 посл'Ьдн1я слова: „Прости, дорогой товарищъ, да будетъ теб1& земля легка '■. 



ПРИЛОЖЕН1Я. 



Н. А. Умовъ, какъ руководитель ученаго общества. 



Р'Ечь Вице - Президента Пмператорскаго Московскаго Общества 

 Испытателей Природы 



М. А. 31ензбира. 



Выступая со своимъ словомъ отъ ciaptämaro русскаго общества 

 натуралистовъ, въ коемъ Николай АлексЪевичъ Умовъ состоялъ пре- 

 зидентомъ, я не им'Ею возможности сколько-нибудь полно охаракте- 

 ризовать личность и научныя заслуги покойнаго и ставлю себ* бо- 

 л'Ье скромную, но и бол'Ье опред-Ёленную задачу на прим'Ер'6 Общества 

 Испытателей Природы дать оценку его значен1я лишь въ качеств'Ь 

 руководителя ученаго общества. 



Бол^е 20 л'Етъ тому назадъ, въ 1893 г., Николай Алекс^евичъ изъ 

 Одессы перешелъ на службу въ МосковскШ университетъ, но этотъ 

 переходъ для него скорее былъ просто возвращен1емъ поел* про- 

 должительнаго отсутств1я въ старую и близкую ему Москву. Со сто- 

 роны своихъ новыхъ товарищей Николай АлексЬевичъ встрЪтилъ 

 самый искреннШ и дружеск1й прхемъ; такъ встр'Ьчаютъ только ста- 

 раго знакомаго и Николай АлексЬевичъ действительно такимъ былъ 

 для всЕхъ насъ, не говоря о его товарищахъ однокашникахъ иучи- 

 теляхъ, не только въ качеств* питомца Московскаго университета, 

 но и потому, что первые шаги его научной деятельности протекли 

 шъ Москве. Вскоре же после своего окончательнаго водворен1я здесь, 



