— 49 — 



Нужно ли прибавлять ко всему сказанному, что все эти стороны 

 деятельности въ CoBtit и въ Обществ* X. С. Леденцова казались 

 далеко не достаточными самому Николаю АлексЕевичу и были лишь 

 начало мъ. 



Неумолимая смерть сразила Николая АлексЬевича какъ разъ въ 

 начал* новыхъ условШ жизни Общества въ собственномъ дом*, съ 

 возможностью приступить къ осуществлен1ю ц-Благо ряда лаборатор1й 

 и другихъ учрежден1й, которыя могли быть устроены только благо- 

 даря сложившейся благопр1ятной обстановка. 



Невыразимо горько сознавать, что мы собрались теперь не для 

 того, чтобы приветствовать глубоко почитаемаго всеми нами деятеля, 

 незам*нимаго руководителя и сотрудника нашего по Обществу, доро- 

 гого, любимаго всЬми нами человека, а для того, чтобы еще бол*е 

 подчеркнуть нашу утрату, съ неотразимой болью сознать, что его 

 уже н^тъ и никогда бол^е не будетъ среди насъ. 



Но онъ не оставилъ насъ «сиротами», онъ зав'Ёщалъ намъ, остав- 

 шимся поел* него, ближайшимъ сотрудникамъ Сов*та Общества, бо- 

 гатое насл*д1е, высок1й личный прим*ръ его д*ятельной любви, его 

 беззав*тной преданности основной иде* Леденцовскаго Общества, — 

 служить посредством!) науки благу людей; онъ оставилъ намъ веч- 

 ную, св*тлую память о его жизненномъ подвиг*, о его чистой душ* 

 и о его добрыхъ д*лахъ, которыми такъ обильна была вся его зем- 

 ная жизнь. 



И мы в*римъ, что онъ услышитъ насъ, если мы въ тяжеломъ со- 

 знан1и невознаградимой утраты, въ полнот* горькаго чувства, овла- 

 д*вшаго нами поел* столь неожиданной для насъ кончины Николая 

 Алекс*евича, скажемъ незабвенному, дорогому товарищу по работ*: 

 дорогой Николай Алекс*евичъ, не напрасно прошла твоя многоплод- 

 ная, честная жизнь; твой св*тлый умъ, твое благородное, любве- 

 обильное сердце, прим*ръ твоего неустаннаго труда были и будутъ 

 впредь светочами нашей трудовой жизни во славу дорогого для насъ 

 Леденцовскаго Общества и на благо и пользу родного народа. 



Вечная теб* память, другъ нашъ! 



