378 



изъявптедышго наклонен1Г1 (1Ь. 1900), статью «Ргае^егИит ш Ип^иа ^гаеса 

 сиг сит орШхуо шю§1 5о1еа1» (сборы, въ честь П. В. Никитина, 1901). 

 По пстор1и латинскаго языка отм^тпмъ реценз1Ю па книгу И. В. Не- 

 тушила «Объ аорпстахъ въ латипскомъ язык'Ь» (АгсЬху Г. б!. РЬ. 1884), а 

 по Фонетик-Ь пралатпнскаго языка п прочихъ итал1йскихъ Д1'алектовъ — не- 

 большую рецензш на «Сборникъ Осскихъ надписей» И. В. Цветаева 

 (Крит. Обозр. 1879) и обширный отзьшъ о послЬдующихъ двухъ трудахъ 

 того же ученаго (Ж. М. Н. П. 1885). Въ этомъ отзыв-Ь находпмъ любо- 

 пытное протпвоподоженхе классика посл'Ьдователяыъ сравнительно-исторп- 

 ческихъ методовъ; в. Е. Коршъ оговаривается, правда, что р-Ьчь пдетт, не 

 о современныхъ классикахъ, а о чистокровпыхъ Филологахъ временъ мипув- 

 шихъ, но оговорка эта представляется излишнею, такъ какъ протпвополо- 

 жен1е это вытекаетъ изъ самаго существа занятой Филолога и представителя 

 сравнительно-историческихъ наукъ. «Классикъ — писалъ 0. Е. Коршъ 

 обыкновенно знаетъ только классическ1е языки, да и на нихъ-то привыкъ 

 смотрЬть какъ на рядъ Фактовъ, ди! пе 11ге111 раз а сопзёдиепсез. Клас- 

 сики превосходно собираютъ данныя языка, но осв1^ш,ен1е пхъ предоста- 



г 



вляютъ другимъ; а если не иредоставляютъ, то гЬмъ хуже для нихъ и 

 для д-Ьла. Разработывая область громадную и разсл^^дуя ее чуть не съ 



г 



микроскопомъ въ рукахъ, они такъ завалены разнообразными Фактами, 



г 



что пмъ некогда заглядывать за предЬлы ея, и они отвыкаютъ отъ этого 

 запред'Ьльнаго М1ра и не стремятся къ нему, потому что 1^по11 пи11а си- 

 рИо, или, если все-таки заглянутъ, увпдятъ въ немъ не то, что на самомъ 

 д-Ьл-Ь есть, потому что зам'Ьтятъ только огд-бльнын явления, связываютъ же 

 пхъ и объясняютъ по певолЬ собствеппьтмъ воображен1емъ. А эта способ- 



О 



ность у нихъ развита; не даромъ они упражняются въ конъектуральноп 

 критик-Ь, высшей и низшей. Но не одна привычка держитъ ФИЛОЛога въ 

 заколдованномъ круг-Ь: такъ какъ онъ изучаетъ классическую древность 

 вообще, то-есть, М1ръ, хотя и отошедш1Й въ в-Ьчность, но всетаки ц-Ьлыи 

 М1ръ, онъ находптъ себ'Ь въ немъ удовлетворенхе многостороннее, а если 

 утратить н-Ькоторьш стороны своего существа, то и всестороннее, п впа- 

 даетъ въ самодовольный кв1этпзмъ. Противополагая этотъ мхръ другому, 

 запред-Ьльному, новому, онъ становится научнымъ аристократомъ, — часто 

 самъ того не сознавая, относится н^^сколько брезгливо, сиш диойат Гавшю, 



, ко- 



а подчасъ и поп зше шу1Ла къ тому, что пе касается древности». 



О. Е. Коршъ былъ совершенно свободепъ отъ тЬхъ упрековъ 

 торые онъ д'Ьлалъ « идеальному »^ по его выражешю, Филологу. Оставаясь 

 классикомъ, разрабатывая классическ1я древности, наприм-Ьръ метрику ап- 



