— 412 — 



дають хл'Ьбныя зерна для кормленхя дикихъ, вольныхъ птицъ. Повидимому, 

 предполагается, что клевать эти зерна будетъ прежде всего та птица, въ 

 которую превратилась душа даннаго самоубшцы. По крайней м'Ьр-Ь, мысль 

 о превращении въ птицу (чаще всего въ Филина, крикъ коего напоминаетъ 

 плачъ младенца) души залоншыхъ младенцевъ весьма широко распростра- 

 нена въ русскомъ народ'Ь, особенно у малоруссовъ. Но представление души 

 умершаго человека въ вид-Ь птицы было изв'Ьстно многимъ народамъ въ 

 языческой древности. Не исключена возможность, что кормлеше на могиле 

 умершаго дикихъ птицъ было н'Ькогда однимъ пзъ способовъ языческаго 

 поминовен1я умершихъ вообще. Въ наше время этотъ способъ применяется, 

 какъ пережпван1е, только къ покойнпкамъ нечпстымъ, заложнымъ, что такъ 

 естественно; подобнымъ образомъ и языческ1е способы погребен1Я прим*- 

 нялись въ христ1анскую пору только къ покойнпкамъ печистымъ же. 



Въ тЬхъ р-Ьдкихъ случаяхъ, когда заложный покопникъ оказывается 

 одновременно и предкомъ, потомки его считаютъ нужнымъ, въ поминальные 

 дни, почтить и его обычнымъ поминальнымъ об'Ьдомъ, вм^стЬ съ прочими 

 предками. Но кушанья для заложнаго ставятся въ такомъ случа-Ь не на 

 столъ, куда ставятся кушанья для обыкновенныхъ предковъ, а поди столъ, 

 и притомъ лишь некоторый, немног1я кушанья. Въ такомъ вид-Ь обычай 

 этотъ изв-Ьстенъ въ Пермской губерн1и (описанъ г. Дягилевымъ недавно, 

 менЬе 30-ти л4тъ тому назадъ), гд^ его народъ объясняетъ такъ: заложный 

 недостоинъ сидеть за однимъ столомъ съ чистыми предками, съ «родите- 

 лями». И въ этомъ народномъ обряд'Ь такъ ярко сказалась та пропасть, ко- 

 торая отд-кияетъ заложныхъ покойнпковъ отъ умершихъ предковъ. 



Культъ заложныхъ покойнпковъ изв-Ьстенъ былъ и многимъ другимъ, 

 быть можетъ даже вс1Ьмъ, народамъ земного шара. Но, повидимому, нигд-Ь 

 онъ не им-Ьдъ столь многочисленныхъ и столь важныхъ посл^Ьдств^й, какими 

 онъ сопровождался у русскаго народа. Кром-Ь всего сказаннаго, кром-Ь 

 учреждетя убогихъ домовъ, ц-Ьлаго ряда судебныхъ процессовъ и такъ 

 дал-Ье, культъ заложныхъ покойнпковъ въ русскомъ народ-Ь т-Ьсно связанъ 

 еще съ однимъ миоологическимъ образомъ, съ образомъ, нашедшимъ для 

 себя весьма широкое отражете, между прочимъ, и въ нашей изящной сло- 

 весности. Я разумею миеологическзй образъ русалокъ. 



Воззрите русскаго народа, одинаковое и у великоруссовъ, п у б-Ьло- 

 руссовъ, и у малоруссовъ, гласить, что русалки суть женщины и д-Ьтп, 



