481 



даже Ео81;етап в«. п. ^^^ пли ^:^-^ (хотя въ грузпнскояъ обыкновенно — 

 Ко81;от, что проскользнуло разъ п въ вульгатный текстъ Шоты, 192,3) п 

 Фа1и1ап вм. арб. ^Х\.^. 



Простая Фактическая статика явлен1я, пллюстрированнаго мною для 

 краткости лишь на немеогихъ прим'Ьрахъ, устанавливаетъ, что вообще му- 

 сульманск1я, въ частности и персидск1я слова Шота изъ Рустава бралъ, 

 несомненно, изъ родной р^Ьчи своего края, изъ ыесхскаго говора: онъ ими 

 пользовался какъ достояяхеыъ своей родной р4чи наравн-Ь съ коренными 

 грузинскимп словами; онъ ими пользовался въ масс'Ь также безъ всякаго 

 вниман1я къ пхъ чужеродному первоисточнику, какъ сванскими и армян- 

 скими элементами месхской р-§чи, происхожден1е которыхъ вскрывается 

 нын-Ь, въ ХХ-мъ в-Ьке, лпнгвистическимъ ЯФетпдологпческимъ аиалпзомъ. 



Разница между мусульманскимъ съ одной стороны и свавскимъ и ар- 

 мянскимъ элементами, съ другой, въ язык-Ь Шоты, конечно, есть. Во-пер- 

 выхъ, разница— качественная въ томъ отношении, что сванскхй и армянский 

 элементы, находясь за много в-Ьковъ, за тысячу и бол^е л-йтъ въ сл1ян1и съ 

 месхской р'Ьчью, являются до такой степени сроднившимися съ ней, прино- 

 ровленными къ ея морфолопи и Фонетике, что опредйленхе и выд-§лсн1е ихъ 

 является трудной задачей и для современной намъ науки; во-вторыхъ, раз- 

 ница—количественная, по крайней м-Ьр-Ь въ условхяхъ вашего звае1я, разу- 

 меется, не дошедшаго еще до исчерпывающаго выяснешя армянскаго и 

 особенно сванскаго элементовъ въ р1;чп Шоты изъ Рустава: арабскихъ и 

 персидскихъ словъ вм^ст-Ь съ турецкими значительно больше, что объ- 

 ясняется и двумя источниками пхъ появлен1я въпоэме, именно отчасти пер- 

 сидскимъ оригиналомъ, къ которому она восходитъ своимъ сюжетомъ, и 

 въ значительной м^р-Ь природной р-Ьчью самого поэта, месхскимъ говоромъ. 

 Особенно много персидскихъ словъ, что отчасти объясняется, судя по ихъ 

 ФормамЪ; и до-исламскимъ провикновенхемъ иранизмовъ въ Месх1Ю ^ 



Это обстоятельство, густая насыщенность месхскаго говора, родной р4чи 

 Шоты изъ Рустава, вообще мусульмапскимъ, а въ отношенхи персидскаго и 

 до-исламскимъ иранскимъ,лексическимъ матер1аломъ, даетъ въ свою очередь 

 намъ ключъ къ объяснению одной стилистической особенности, именно обплхя 

 параллелпзмовъ или случаевъ повторнаго выражения одного поеят1Я или 

 одной мысли двояко съ использован1емъ заимствованныхъ словъ. И зд^сь 

 мы находимся передъ любопытнымъ яв.1ен1емъ, къ объяснен1ю котораго 

 надо подходить съ осторожностью и не валить все въ одну корзину. 



' См. пышс стр. '178, прни. 2. 

 1[. А. Н. 1017. 



