— 486 — 



такъ какъ Шота пзъ Рзстава не трлько какъ поэтъ, по и какъ членъ месх- 

 скаго племени лпшь болЬе скульптурно пзображалъ свои цбльныя пред- 

 ставлен1я и образы въ этихъ Формально повторно — двояко — выраженныхъ 

 по иде^ монолитныхъ поняпяхъ и мысляхг, какъ вт. культурно-исторически 

 сложившихся народныхъ речен1яхъ-Формулахъ, безъ всякаго интереса къ 

 ихъ ненужной ему истор1и, даже не сознавая ея. Какъ поэтъ, Шота со- 

 знательно не могъ допустить такихъ тавтологоческпхъ параллелизмовъ и 

 потому, что они находятся въ непримиримомъ противор'Ёч1и съ его основнымъ 

 опред'6лен1емъ поэтической р'Ьчи: 



^<ч^•15ро '1;оА11-т|Ь 9<ч.г2^пю осп1-1]9о1;, 'Эьомоь *?ь^ Л^^5" [поэз1я прбкрасна». 



«Обширную мысль можно заключить въ краткую р-йчь: вогь почему 



Между т*мъ эти двухчленные стплистическ1е пара^члелизмы, съ пов- 

 торнымъ выражен1емъ одного понятая пли одной мысли въ одиомь изъ чле- 

 новъ съ помош,ью мусульманскихъ словъ, насчитываются десятками. И если 

 не каждый отдельный случай такого параллелизма, то большинство ихъ в 

 во всякомъ случаЬ само явлен1е въ целости какъ норма есть, судя по всЬмъ 

 видимостямъ, д-Ьтище родной рЬчи поэта, месхскаго говора. Отсюда неиз- 

 бежно возникаетъ положение: месхск1й говоръ грузинскаго языка, на кото- 

 ромъ художественно творилъ величайш1п грузинский поэтъ, сильно былъ 

 насыщенъ арабскими и персидскими словами. 



Итакъ месхск1й говоръ, родная р^чь поэта, заключалъ въ себй не 

 только пережитки сванскаго языка и отложен1я искони сос^дняго армян- 

 скаго языка, но и мвогочисленныя мусульмавск1я. Пережитки сванскаго въ 

 месхскомъ говоре находатъ свое объяснен1е въ томъ, что сваны въ лиц-Ь 

 входящаго въ ихъ составь мосохскаго племени н-Ькогда владели Месх^ею и 

 господствовали въ ней. Отложения армянскаго языка въ месхскомъ говори 

 находятъ объяснен1е въ томъ, что гЬже бол^е древн1е хозяева области Мес- 

 х1и, именно сваны, успЬли обменяться, какъ теперь выясняется, на перво- 

 начальной своей родинЬ въ Армении, съ армянами лексическими заимство- 

 ван1ями^, а зат^мъ армяне искони и непрерывно были соседями Месх1и, 

 да и владели временами ею пли во всякомъ случае ея частью. 



Что касается мусульманскихъ лексическихъ элементовъ въ месхскомъ 

 говоре, а оттуда и въ творен1и Шоты, объяснен1я ихъ следуетъ искать 

 лишь въ культурномъ мусульманскомъ ВЛ1ЯН1И на месховъ. 



Месхская окраина Груз1п представляла самодовлеющую культурную 

 единицу и по появлеши монго.10въ. Какъ въ армянскомъ Ани при монголахъ 

 были добыты вольности города («хасинджу») съ самоуправлен^емъ, послу- 



' См. выше, стр. 440 — 441. 



