— 499 — 



скую мысль, не указываетъ, что она взята изъ св. Писан1я — изъ Евангелхя. 

 Въ этомъ отношении стихъ, въ которомъ есть ссылка на эту, допустимъ, 

 евангельскую мысль, изложенъ очень стргнно для хрпсианина: 



«сл^дуетъ поступить такъ потому, что сказано: „прегрешение надо семь 



разъ простить"». 



((ог)^]9-де:9Ь» «сказано» въ грузинской р^Ьчи значитъ, что существуетъ 

 такое пзречен1е, такая пословица или поговорка, наконецъ, такое мв-Ьнге. 

 Когда Шота высказываетъ мысль «кто не вщетъ друга, тотъ врагъ себ-Ь», 

 то онъ сп'Ьшитъ предупредить, что она, эта поговорка, кстати, вовсе не 

 столь далекая отъ христ^анскаго учен1я, «написана на калн'Ь въ Кита-Ь», 

 когда же онъ мысль беретъ изъ Евангел1я, то не называетъ своего источ- 

 ника, не говоритъдаже того, что она написана. Одно изъ двухъ, или Шот-Ь 

 мысль эта известна, какъ я предполагаю, изъ народной устной мудрости и 

 ничего не говоритъ сама по себ'Ь о релпг1и поэта, или она зав'Ьдомо взята 

 имъ, какъ думаютъ друг1е, изъ Евангел1я, и въ такомъ случае глухой спо- 

 собъ ссылки можетъ внушить мысль, что поэтъ скрываетъ свой хрпстхан- 

 ск1й источникъ. Во всякомъ случа-й едва ли такимъ доводомъ можно кого ^ 

 либо убедить, что Шота былъ христ1анинъ. 



Конечно, когда о д-Ьтств-Ь героини Нестандареджаны говорится (320,4), 

 что ?7)^ оЯ5Й(;од'?>р).$оо1; (АьЕоооь, ^Льр>61г ^ь6Ль(ч$оосг>ь «она росла въ замк'Ь со 

 станомъ, какъ кипарисъ, взращенный на гор-Ь Гаваон^», то образъ и срав- 

 нен1е — безусловно библейск1е. 



Насколько слабо проникновен1е христ1анскихъ элементовъ въ поэму, 

 настолько, безспорио мусульманское исповеданхе героевъ поэмы и мусуль- 

 манское настроен1е самого поэта, вообш,е мусульманско-релипозная ор1ен- 

 ташя творен1я грузинскаго поэта. Такое господство мусульманской атмо- 

 сферы въ поэмЬ при трезвомъ отношен1п къ явлен1ю принилаетъ т+^мъ боль- 

 шую яркость и выпуклость, производитъ тЬмъ большее впечатл'Ьн1е, что 

 паше представление о современной Грузш, Грузии Тамары (у 1212), является 

 полною антитезою: съ одной стороны высшее проявление могущества Груз1и 

 какъ протогоипста христианства, народъ-крестоносецъ, возглавляемый свя- 

 той женщиною, поборнппею правос.11ав1я, предающей, по словамъ современ- 

 ника-одописца, огню и мечу нев^рныхъ агарянъ, т. с. мусульманъ, и съ 

 другой — величайш1й грузинск1п поэтъ, съ безподобнымъ мас^ерствомъ от- 

 крывающш намъ духъ и иеисчерпаемыя художествеппыя богатства грузи- 

 нской народной р-Ьчп, наиболее нащональпой и въ тоже время не хри- 

 ст1анинъ, а мусульмапинъ. 



Возможность примирен1я этихъ антитозъ настолько нев-Ьроятна, что 



и. д. 11. 1017. 



