XXXIV А. БИРУЛЯ. 



гнезда не подвергнутся разграблешю со стороны какого-нибудь песца, такъ какъ онъ 

 будетъ прогнанъ этими достаточно сильными соседями. Появлеше песца въ такомъ участке 

 тундры, где много птичьихъ гнездъ, возбуждаетъ тревогу во всемъ его пернатомъ насе- 

 лении. Энергичное нападете на песца более сильныхъ или смелыхъ членовъ сообщества 

 въ роде 81егсогш-тз или камнешарокъ (Лгепагга Шегргез) заставляетъ его быстро рети- 

 роваться. Конечно еще менее песецъ въ состояши противостоять нападешю крупныхъ 

 чаекъ или совы. Это странное на первый взглядъ сообщество мелкихъ или сравни- 

 тельно безпомощныхъ птицъ съ крупными, нередко являющимися по отношенш къ нимъ 

 самимъ или ихъ яйцамъ и птенцамъ врагами, какъ кажется, действительно явлеше реаль- 

 ное, а не результатъ субъективнаго обобщешя, такъ какъ въ нъкоторыхъ случаяхъ оно, 

 повидимому, можетъ выразиться въ еще более осязательной Форме, чемъ это указано 

 мной. Мнт> неоднократно случалось слышать отъ своихъ спутниковъ по экскурс1ямъ на 

 Ново-Сибирскихъ о-вахъ, промышленниковъ мамонтовой кости, следующее: на материке, 

 въ тундре при-Янскаго края, кругомъ того места, где «моксоЬолъ» (Ра1со регедггпиз) 

 или сартъ (?АгсМЪШео Ыдориз) устроилъ свое гнездо где-нибудь на байджараке, охотно 

 гнездятся гуси, гуменники и лыглы (Лпзег аШргопз), и турканы (БггопеИа зрес1аЫ1гз), 

 такъ какъ присутств1е гнезда этихъ хищниковъ, прогоняющихъ отъ него паразитниковъ, 

 чаекъ и песцовъ, вместе съ темъ служитъ защитой и для ихъ гнъздъ. Сами-же хищники 

 будто-бы не трогаютъ гнездящихся въ районе ихъ гнездовашя птицъ. Тоже самое одинъ 

 изъ моихъ спутниковъ, тунгузъ Кононъ Томсюй, наблюдалъ на баддеевскомъ острове 

 въ отношенш совы {Еус1еа пмеа); по близости отъ ея гнезда онъ находилъ много гнт>здъ 

 немковъ (Вгап1а ЪегпгсЫ пгдпсапз) и туркановъ (ЕггопеШ зресЫЫИз). Эти разсказы 

 едва-ли совершенно лишены всякой реальной подкладки, такъ какъ инородецъ при- 

 Янскаго края, охотникъ, рыболовъ или вечно бродящш по тундре въ поискахъ за мамон- 

 товой костью промышленнике, по самому образу жизни хорошш и, по скольку я могъ про- 

 верять ихъ наблюдешя, точный наблюдатель. Все так1я наблюдения, несомненно, имеютъ 

 не малое практическое значеше въ его суровой борьбе за существоваше. Кроме песца 

 некоторую роль въ жизни птицъ полярныхъ окраинъ Зап. Таймыра и Ново-Сибирскихъ 

 о-вовъ долженъ играть также горностай. Этого зверька мне и д-ру Вальтеру случилось 

 видеть на о-ве Колчака во время летней пешеходной экскурсш по южному берегу Тай- 

 мырскаго залива. Но раньше, въ первый годъ Экспедищи, я неоднократно видблъ следы 

 горностая на свежевыпавшемъ снегу по берегамъ Волчьяго залива, а впоследствш и у 

 Нерпалаха на о-ве Котельномъ. Впрочемъ горностай здесь всетаки редокъ; въ тундре онъ 

 вообще не имеетъ того промысловаго значешя, какъ въ лесной области. 



Лемминги по отношешю къ пернатому населенда тундры играютъ роль страдатель- 

 ную; эти зверки служатъ главнейшей пищей не только для песца и горностая, но и для 

 всехъ пернатыхъ хищниковъ, каковы виды рода Шегсотагтз и чайки изъ рода 1*агиз. Пока 

 море подо льдомъ и нетъ еще прибрежныхъ полыней, который начинаютъ появляться у 

 северныхъ береговъ Зап. Таймыра только во второй половине шня (ст. ст.), а еле- 



