• ОЧЕРКИ ИЗЪ ЖИЗНИ ПТИЦЪ ПОЛЯРНАГО ПОБЕРЕЖЬЯ СИБИРИ. XXXV 



довательно пока невозможна ловля рыбы, все паразитники и крупыя чайки охотятся 

 преимущественно за леммингами. Во время переселенш этихъ звт>рьковъ, когда они несмет- 

 ными полчищами бегутъ въ одномъ направлеши, преследуемые своими многочисленными 

 четвероногими и пернатыми врагами, даже диый олень, какъ ни парадоксально это звучитъ, 

 пожираетъ ихъ при случат,. Этотъ Фактъ, впрочемъ уже проникшш и въ научную литера- 

 туру, подтверждали мне Многие инородцы въ при-Янскомъ крае. Самому мне не случилось 

 видеть такихъ переселенш пеструшекъ, тбмъ не менее о количестве этого зверька въ 

 тундре полярныхъ окраинъ Сибири даетъ некоторое поняпе самый видъ этой тундры, 

 изрытой сложной системой его зимнихъ и частью летнихъ ходовъ. Летомъ пеструшку 

 приходится видеть только изредка, когда она быстро пробегаетъ изъ одного хода въ 

 другой или боязливо выглядываетъ изъ отвертя своей норы; вообще-же оне ведутъ 

 довольно скрытный образъ жизни, хотя въ тундре всюду видишь следы ихъ деятельности. 

 Для полноты этого очерка следовало-бы коснуться также роли человека въ экологш 

 птичьяго населешя интересующихъ насъ странъ, но къ счастью она суровой природой 

 ихъ сводится почти на нетъ. Въ области Таймыра человекъ, въ данномъ случае самоедъ, 

 со своими стадами оленей редко переходитъ на северъ за 74-ю параллель; страна, лежа- 

 щая на полночь, у моря, покрытаго вечными льдами, представляется ему недоступной и 

 страшной, где ждетъ его и его стада смерть въ загроможденной камнями тундре. Зве- 

 ропромышленникъ бома, чью избу МиддендорФЪ нашелъ въ устье р. Таймыра, пред- 

 ставляетъ единственный примеръ инородца, проникшаго до самаго океана ради промысла. 

 Ново-Сибирсше о-ва въ этомъ отношенш представляютъ иную картину. Хотя и на нихъ 

 нетъ постояннаго поселешя, однако безлюдными, по крайней мере въ продолжеше 

 известной части года, ихъ ни въ какомъ случае нельзя назвать. Дело въ томъ, что тундра 

 подъ Святымъ Носомъ и особенно Ново-Сибирсые о-ва издавна славятся среди населетя 

 Якутской области своими залежами мамонтоваго «рога», бивней, идущихъ въ продажу какъ 

 суррогатъ слоновой кости. Ради добычи мамонтовой кости, имеющей вообще сравнительно 

 высокую рыночную ценность, на острова каждый годъ отправляются на лето неболышя 

 партш «промышленниковъ» изъ инородческаго, частью русскаго, при-янскаго, индигирскаго 

 и нижне-ленскаго населешя. Главный сборъ мамонтовой кости ведется на Болыномъ 

 Ляховскомъ о-ве, где промысловый партш летуютъ, т. е. остаются 5 — 6 месяцевъ съ мая 

 по октябрь ежегодно; реже, не каждый годъ, более предпршмчевые промышленники идутъ 

 на северные острова, Котельный и баддеевскш, которые и называются промышленниками 

 «Дальними», въ отлич1е отъ «Ближнихъ» о-вовъ, Большого и Малаго Ляховскихъ. Въ боль- 

 шинстве случаевъ охота служитъ во время этого промысла для промышленниковъ сущест- 

 веннымъ, а иногда единственнымъ источникомъ пропиташя. Главнымъ объектомъ охоты 

 служитъ северный олень; но олень, во время своихъ перекочевокъ на лето съ материка на 

 острова, почти не задерживается на Ближнихъ о-вахъ, а идетъ дальше на северъ, на 

 более обширные Дальше. Поэтому парт1ямъ промышленниковъ, летующимъ на Большомъ 

 Ляховскомъ, приходится ограничиваться лишь сборомъ яицъ гагъ, гусей, чаекъ и др. более 



