132 



А. БИРУЛЯ. 



СЬеп ЬурегЪогеиз (раыав). 



Местный назвашя: въ при-Янскомъ крае у русекихъ — белый гусь, у якутовъ — юрюнъ-касъ 



7<П 



тупгусовъ — гелтаня-ээрбэчь; якутское и тунгуское назвашя также значатъ — белый (=юрюнъ=гелтаня) 

 гусь (= касъ = ээрбэчь). 



Надъ белымъ гусемъ личныхъ наблюдешй у меня также не имеется; имеются лишь 

 распросныя свбд'Ьн1я, но такъ какъ существующая въ научной литературе данныя о немъ 

 крайне скудны, я думаю, что и татя св г бд'бн1я представятъ некоторый интересъ. 



Со временъ Палласа 71 ) низовья р. Яны считались у орнитологовъ классическимъ 

 мъстомъ массового обпташя белаго гуся. Возможно, конечно, что съ тт>хъ поръ экологи- 

 чесшя отиошешя этого гуся изменились, какъ определенно утверждаетъ Аргентовъ 72 ); 

 во всякомъ случае въ настоящее время данныя Палласа о немъ къ при-янской тундре 

 совершенно не применимы и разсказы этого ученаго о болыпомъ промысловомъ значенш 

 белаго гуся для жителей этой области несомненно вызвали-бы теперь недоумеше у 

 каждаго обывателя села Казачьяго или другого какого-нибудь поселешя на рр. Яне и 

 Индигирке. 



Все собранный мной о Океп ЬурегЪогеиз сведвшя сводятся къ следующему: на мате- 

 рике этотъ гусь встречается по всей при-янской тундре, начиная отъ устьевъ р. Лены, 

 где онъ, по единогласному утверждешю бывавшихъ тамъ инородцевъ, чаще всего попа- 

 дается, въ низовьяхъ р. Яны, по р. Сыалаху, на р. Муксуновке и даже дальше къ северу, 

 къ Святому Носу; здесь въ честь белаго гуся даже названы целый горный массивъ, 



70) Въ неоднократно цитированномъ мною трудЬ 

 С. Н. АльФераки, «Гуси Россш», я нахожу назваюе 

 для этого гуся — куба-газъ, которымъ его зовутъ на 

 Касшйскомъ моръ татары, причемъ приводится и объ- 

 яснеше этого назвашя, данное Г. Радде: такъ назы- 

 ваютъ въ Ленкорани этого гуся будто-бы потому, что 

 онъ прилетаетъ туда со стороны г. Кубы, лежащего 

 къ северу отъ Ленкорани. Въ якутскомъ языке, крайне 

 близкомъ къ татарскому, куба значить лебедь; я не 

 знаю, какъ по татарски лебедь, но, если даже теперь 

 онъ обозначается другимъ словомъ, то возможно, что 

 въ татарскомъ языке осталось ц старое слово для 

 лебедя того-же корня; по киргизски лебедь, какъ мнт> 

 любезно сообщидъ В. Ф. Ошанинъ, — «ку»; отсюда 

 очевидно, что въ тюркскихъ языкахъ для назвашй 

 лебедя имеется одинъ общш корень. Такимъ образомъ 

 татарское слово куба-газъ значитъ, по моему мнъшю, 

 лебедь-гусь (куба-лебедь и газъ-гусь) или лебединый 

 гусь; такое объяснеше правдоподобнее, нежели выше 

 приведенное раддовское. 



71) Ра Пав, Р. 8р1м1е§1а гооЬдка, Разе. VI, 

 МБССЬХГХ, рр. 25—32; также Кеие МогсИзспе Веу- 



1га§е, Ви. VII, 1796, II, р. 128 (русскШ сокращенный 

 переводъ того-же въ: Прододж. Технолог. Жур. Т. III, 

 ч. 1, 1818, стр. 63, № 10); также Аргентовъ, Зап. 

 Русс. Геогр. Общ. 1861, 1, стр. 10. 



72) Аргентовъ (]. с, р. 10) по этому поводу со- 

 общаетъ следующее: «белые гуси съ незапамятныхъ 

 временъ держались по приморскимъ мъстамъ на всемъ 

 пространств!; между Яной и Колымой; здесь каждо- 

 годно промышленники убивали ихъ, въ лътнюю пору, 

 тысячами; потомъ ихъ постепенно становилось 

 меньше. Съ 1830 по 1849-й годъ птицъ этого вида 

 тамъ было еще весьма много, но онт> держались уже 

 только одной алазейской тундры. Съ 1850 года по 

 1855 г. они прилетали сюда въ маломъ количестве, а 

 въ 1856 г. уже не прилетали вовсе. Алазейсше тунгусы 

 и юкагиры думаютъ, что эта перемена съ гусями 

 произошла не вслт>дств1е окончатедьнаго истреблешя 

 этихъ птицъ на алазейской тундре, а вследств1е пере- 

 мены гусями места летовки. Тунгусы и юкагиры ду- 

 маютъ, что белые гуси, оставивъ алазейскую тундру, 

 летуютъ, где нибудь на неизвестныхъ островахъ 

 Ледовитаго моря. 



