ГОРОДСКАЯ ЛАСТОЧКА. 99 



ческпмъ вкусамъ, избравшей ихъ самки. Но ведь мы съ совершенно одинаковымъ осно- 

 вашемъ могли бы утверждать, что самцы эти выбраны на основанш не п'Ьтя ихъ, а нъжо- 

 тораго разлпч1я въ строенш хвоста, или окраски лапъ. Для того, однако, чтобы то или дру- 

 гое изъ этпхъ утвержденш сделалось научнымъ мы должны были бы опытнымъ путемъ 

 доказать: во 1-хъ, что самки птицъ обладаютъ способностью различать сказанный особен- 

 ности самцовъ, и во 2-хъ оказывать личное предпочтете однимъ передъ другимъ, т. е. по 

 отношению къ пешк» птицъ доказать, что $, избравшая себе самца а, сделала это потому 

 что ей нравится сокращенное колено его песни напр.; а самка, исбравшая самца Ъ, сдЬлала 

 это потому, что у него это колено имеетъ лншшй звукъ и т. п. А это не доказано; мало 

 того: мы не только можемъ отрицать учаспе эстетическаго чувства у самокъ при выборе 

 ими самцовъ, но даже сознаше цели самаго ившя у этихъ посл'Ьднихъ. 



Я отрицаю такое учасэте сознашя потому, во 1-хъ, что самцы поютъ свои обычныя 

 «песни» безъ всякаго отношешя къ самкамъ и першду гн , вздов1я. ВоМ описываетъ случай 

 пт>шя безплоднаго ублюдка канарейки, который пт>лъ, а когда къ нему въ клътку сажали 

 самку, такъ онъ съ яростью на нее набрасывался, какъ на врага. 



Во 2-хъ потому, что самцы поютъ тЬ-же самыя песни много времени спустя после 

 першда гнвздов1я, какъ наприм'Ьръ наши ласточки, пеночки, зяблики, реполовы и мн. др., 

 т. е. тогда, когда пленять самокъ н'втъ никакой надобности. 



Противъ Факта указываемаго ВоИ'омъ, возразить нечего. Дарвину, впрочемъ, онъ 

 не былъ изв'бстенъ. 



Что же касается до п-бтя самцовъ въ перюдъ времени вне гнбздов1я, тоесть Факта, 

 очевидно стоящаго въ противоречив съ мнЬтемъ Дарвина о томъ, что нЬте служитъ пти- 

 цамъ для того, чтобы пленять самокъ, то ученый его объясняетъ «удовольстьчемъ въ пов- 

 торномъ удовлетворении инстинктовъ, которымъ животныя сл'вдуютъ въ известное время 

 для определенной цели». 



Мне представляется, однако, эта догадка мало вероятной, и хотя Дарвинъ утверж- 

 даетъ, что такое удовольств1е въ повторномъ удовлетворена инстинктовъ — вещь самая 

 обыкновенная, я полагаю, что такихъ явлений въ инстинктивной жизни птицъ не бы- 

 ваетъ и что допущение ихъ стоить въ коренномъ противореча съ Фактами определяю- 

 щими характеръ инстинктивной деятельности вообще. 



Это обстоятельство въ моихъ глазахъ является до такой степени важпымъ, что на 

 основанш его одного я считаю себя вправе утверждать, что песня птицъ никакой цгьлщ въ 

 томъ смысле, въ какомъ это слово принимается для деятельности людей,— не имеетъ. 



Отъ Дарвина перейдемъ къ мнешю Дейнсъ Баррингтона и Уайта, которое, впрочемъ, 

 имеетъ отношеше не столько къ вопросу о цели птичьей жизни, сколько къ вопросу о ея 

 генезисгъ. 



Было уже сказано,' что Беррингтонъ и Уайтъ полагаютъ, что песня птицъ «есть след- 

 ствш соперничества и соревновашя». Согласиться съ этимъ трудно уже потому, что сопер- 

 ничество не можеть быть целью даже въ томъ смысле, въ которомъ она допустима для 



13* 



