ГОРОДСКАЯ ЛАСТОЧКА. 117 



Въ этой способности птицъ къ личному узнаватю, хотя бы въ тбсныхъ предблахъ особей 

 пары, мы готовы видеть одну изъ саыыхъ выдающихся чертъ ихъ психическихъ способно- 

 стей. 



28. ,.Языко" ласточекъ. Языкъ этотъ слагается изъ обычныхъ п'Ьсенъ и голосовыхъ 

 звуковъ, пр1уроченныхъ къ опредЬленнымъ явлешямъ жизни. ТЬ и друпе им"бютъ одина- 

 ковый путя развипя и генезиса; и въ гЬхъ и другихъ одинаково отсутствуетъ сознаше и 

 понпмаше, которое давало бы право на аналопю этихъ звуковъ съ человеческою р^чью. 

 Голосъ птицъ ыожетъ вызвать цвлесообразныя отв-етвыя дМств1я въ особяхъ того же, или 

 другого вида, но дбйствхя эти составляютъ результатъ не представлешя, а простаго отбора, 

 какъ самый голосъ составляетъ актъ не столько психологически, сколько Физюлогическш 

 процессъ, разръчпешя гбмъ или другимъ способомъ возбужденной нервной системы; звуко- 

 вая- Форма разръчпешя этого возбуждешя координировалась съ даннымъ возбудителемъ — 

 путемъ того-же отбора, который, вместо звуковаго разръчпешя, у другихъ птицъ, при 

 иныхъ услов1яхъ, и координировалъ полное молчаше. 



Крики птицъ поэтому не суть условные голосовые знаки, аналогичные словамъ и го- 

 лосовымъ звукамъ человека, и если они вызываютъ соответственный двйсчтая у особей 

 того-же вида или другаго вида птицъ, то это представляетъ собою явлешя, аналогичныя 

 всякимъ другимъ приспособлешямъ, устанавливаемымъ путемъ естественнаго подбора, а не 

 пспхичесшя явлешя, въ основ"! которыхъ лежитъ сознаше, понимаше и еще того менве — 

 мысль. 



