38 С. В. АВЕРИНЦЕВЪ. 



знать Дарессаламъ однимъ изъ красивьйшихъ и благоустроенвыхъ восточно-аФрпкаискихъ 

 городовъ. 



Я попалъ въ Нем. Вост. Африку въ конце дождливаго времени года, въ апреле, и 

 пока жилъ въ госпиталь- часто целыми днями и ночами слышалъ шумъ лившаго, какъ изъ 

 ведра, дождя. Это время было крайне неприятно, благодаря невероятной сырости воздуха, 

 что въ соединена съ высокой температурой создавало атмосферу оранжереи или парника. 

 Дышать было трудно; все, начиная съ одежды и кончая книгами, было влажно, и даже 

 ночь не приносила никакого облегчен1я: пожалуй, становилось еще хуже, благодаря 

 «Мо81а(;оие1:2», окутывающей всю кровать. Потомъ дожди стали перепадать реже, небо 

 совершенно прояснилось, и со второй половины мая наступило сухое время года, т. н. боль- 

 шое, по своей продолжительности; на декабрь — январь приходится еще малое сухое время 

 года, которое, однако, бываетъ не во всЬхъ частяхъ колоши. 



Госпиталь Дарессалама расположенъ на самомъ берегу океана, вдали отъ остальныхъ 

 зданш города, и окружеиъ роскошной зеленью «Опытнаго сада». Когда я сталъ въ состоя- 

 ши перебираться па веранду моей госпитальной комнаты, передо мной открылся видъ на 

 коралловые рифы, обпажавпиеся при отливе, на снующее во всЬхъ направлешяхъ челноки 

 рыбаковъ — негровъ и на коралловые острова вдали. Передомной раскидывался совсЬмъ 

 иной, непривычный растительный и животный м1ръ, и я часами всматривался въ то не- 

 большое пространство, которое открывалось передомной, стараясь на немъ ознакомиться 

 съ жизнью тропиковъ. 



Неподалеку отъ себя я видт>лъ гигантскш баобабъ, весь увешанный продолговатыми, 

 различной величины и зрелости плодами, различный пальмы, группу панданусовъ, всевоз- 

 можный акащи, австралшсше казуарины и вдали зелень мангровъ, непременную составную 

 часть картины побережья. Прислуживавшш мне бой — мсуагели, Бакари, приносилъ мне 

 плоды разныхъ деревьевъ, столь непохож1е на наши: гигантсие стручки акацш, т. н. 

 «ЬеЪегтеш'зЛаит», кокосовые орехи и плоды баобаба, достигающее 40 см. длины и выпол- 

 ненные внутри розоватой, слабозернистой, кисловатой на вкусъ мякотью. Изъ ихъ мякоти 

 негры готовятъ освЬжающш напитокъ, а местами она, благодаря значительному количеству 

 содержащейся въ ней виннокаменной соли и кислоты, употребляется, какъ коагулирующее 

 средство при полученш каучука. Древесина баобаба идетъ у туземцевъ на постройку чедновъ — 

 однодревокъ и ценится ими въ виду своей легкости и простоты обработки. Кора баобаба 

 тоже не пропадаетъ даромъ и, какъ удалось мне узнать, идетъ на выделку лучшихъ сор- 

 товъ бумаги и ценится отъ 17 до 20 мар. за 100 килогр. 



Мне доводилось пробовать также молоко кокосовыхъ ореховъ, только что снятыхъ 

 съ дерева; оно мне не очень понравилось, благодаря своему несколько жирному, притор- 

 ному вкусу; однако, его очень ценятъ какъ негры, такъ и европейцы за освежающее 

 деисте, особенно тамъ, где воды или нетъ совсемъ, или же ея нельзя почему либо пить. 

 Вообще мне пришлось за время пребывашя въ Занзибаре, Дарессаламе, а отчасти и на 

 юге Африки перепробовать много всякихъ Фруктовъ, отъ манго, папайи, гуайавы, цитруса 



