[х] ОБЩЕЕ СОБРАНГЕ. 



общественныхъ и литературныхъ преданш 60-хъ годовъ и въ томъ и 

 другомъ зналъ или угадывалъ человека. Смерть застала его на своемъ 

 посту — недремлющаго: до конца дней его продолжали интересовать ученые 

 вопросы, литературныя новинки, и не покидала забота, чтобы предприня- 

 тое имъ издате сочиненш императрицы Екатерины было довершено по 

 намеченному имъ плану. Какой грустной ирошей звучитъ типографская 

 пометка на последней, изданной имъ книге. - 1905 годъ! 



„Когда въ половине 60-хъ годовъ, еще юношей, „вчерашнш сту- 

 дентъ" очутился въ кружке „Современника", у него уже усшвлъ сложиться 

 серьезный интересъ къ русской и славянскимъ литературамъ и народной 

 старин'В, починъ котораго онъ связывалъ съ своими ранними деревен- 

 скими впечатл'втями и вл1ян1емъ такихъ романтиковъ славизма, какъ Гри- 

 горовичъ и Срезневскш. Этотъ интересъ не оставлялъ его въ течете всей 

 жизни, начиная съ „Исторш славянскихъ литературъ" и до „Исторш рус- 

 ской этнографш". Но сильнее было вл1ян1е той журнальной атмосферы, 

 въ которую онъ попалъ съ первыхъ шаговъ своей писательской деятель- 

 ности: оно глубоко и прочно определило его М1росозерцаше, въ которомъ 

 ц народности отведено было видное место. Недаромъ послТЕдше его труды 

 посвящены Некрасову и Салтыкову — Салтыкову, какъ „последнему моги- 

 кану Современника". Какъ будто оживали воспомнвашя юныхъ дней, 

 идейное содержаше которыхъ, въ сущности, не знало заката. 



„Въ кружке Некрасова Александръ Николаевичъ встречалъ Тур- 

 генева, Григоровича, Анненкова, Боткина, братьевъ Жемчужниковыхъ; 

 въ „Современнике" печатались тогда Гончаровъ и Л. Н. Толстой, С. М. 

 Соловьевъ, Аеанасьевъ, Забелпнъ; работалъ Владимпръ Милютпнъ. То 

 было время тревожныхъ ожиданш и розовыхъ надеждъ, переходившихъ 

 въ требовашя; новое творилось въ перебов со старымъ; оживали люди 

 сороковыхъ годовъ, чтобы уступить место молодымъ шестидесятникамъ, 

 глубже и страстнее относившимся къ вопросамъ общественнаго обновле- 

 тя. Чернышевскш и Добролюбовъ вступили въ редакщю „Современ- 

 ника", п Пыпинъ присутствовалъ при борьбе старой партш лнбераль- 

 ныхъ баръ-эстетовъ съ „разночинцами", какъ называлъ пхъ Фетъ, ста- 

 вившими политическую экономгю и крестьянскш вопросъ выше поэзш и 

 лирическаго прекраснодуппя. 



„Воззрен1я Пыпина сложились въ сфере этихъ новыхъ деятелей. 

 Особое вл1яте оказалъ на него его двоюродный братъ Чернышевскш. „Въ 

 начале сознательной жизни", говорилъ покойный въ своей застольной юби- 

 лейной речи: „моимъ ближайшпмъ руководителемъ, старшимъ товарищемъ 

 былъ мой двоюродный братъ, — не родной, но более, чемъ родной... Онъ 

 былъ юноша, ревностно искавшш научнаго знашя и полный идеализма; 

 я былъ мальчикъ. Онъ былъ уже богатъ сведБтямп, которыя сохраняла 

 его редкая память; въ поэзш онъ носился съ Шиллеромъ, Жуковскпмъ и 

 Пушкинымъ. Его увлекали не только поэтичесшя картины, но и возвышен- 

 ныя человечесьая идеи". Чернышевскш былъ уже въ Петербургскомъ Уни- 

 верситете, Пыпинъ еше въ верхнихъ классахъ гамназш, откуда попалъ 

 въ Казанскш Университетъ. Чернышевскш писалъ ему туда, поддержы- 

 валъвънемъ интересъ къ заняиямъ, особенно къ исторш. „Часто писалъ 



