— 1457 — 



они исходили во всѣхъ своихъ теоретическихъ построеніяхъ: L 'Ordre Na- 

 turell какъ извѣстно, покоится на законѣ свободной и ничѣмъ неограни- 

 ченной конкуренціи. Эта гипотеза или предпосылка сыграла замѣчательную 

 роль въ псторіи политической экономіи. На ней покоятся ученія школъ клас- 

 сической, австрійской и математической, т. е. какъ разъ тѣхъ школъ, ко- 

 торыя внесли всего больше въ теоретическую экономію. Значеніе этой пред- 

 посылки въ качествѣ орудія научнаго изслѣдованія при установленіи основ - 

 ныхъ экономическихъ законовъ можетъ, на нашъ взглядъ, считаться окон- 

 чательнымъ завоеваніемъ науки. А общность этой предпосылки у фпзіо- 

 кратовъ и у представителей главнѣйшихъ экономическихъ школъ XIX вѣка т 

 въ окончательной Формѣ протесту етъ протпвъ попытки тѣхъ критиковъ, 

 * которые стремятся представить Физіократовъ исключительно какъ явленіе 

 XVIII вѣка. 



Предпосылка свободной конкуренціи сама по себѣ имѣетъ настолько 

 важное значеніе, изъ нея непосредственно и непзбѣжно вытекаютъ столь 

 характерные и крупные результаты, что всѣ теоріи, построенныя на этой 

 основѣ должны имѣть много общаго, на нихъ всѣхъ должна лежать печать 

 принадлежности къ общей семьѣ. И дѣйствительно Физіократическія идеи и 

 теоремы виднѣются повсюду сквозь покрывало теорій XIX вѣка. Даже такая 

 «экстравагантная» черта системы Фпзіократовъ, какъ мысль о единомъ на- 

 логѣ на землю возрождается въ трудахъ Генри Джорджа и основателя ма- 

 тематической школы Вальраса. 



Вмѣстѣ съ тѣмъ не слѣдуетъ забывать, что принятіе предпосылки 

 конкуренціи сразу придаетъ теоріи характеръ отвлеченности, а выводамъ 

 изъ нея печать непрактичности, оторванности отъ жизни и ея реальныхъ 

 условій. Вѣдь свободная конкуренція въ строгомъ смыслѣ слова (а теорети- 

 ческое пониманіе не можетъ быть инымъ какъ строгимъ) никогда ее была 

 осуществлена даже въ приближенномъ видѣ. ^Ни одно народное хозяйство 

 (даже такое свободное какъ англійское) не обходилось безъ цѣлой системы 

 искусственныхъ монополій и регламентацій, не говоря уже о такъ называв - 

 мыхъ «естественныхъ монополіяхъ» и всевозможныхъ «естественныхъ пре- 

 пятствіяхъ», встрѣчаемыхъ конкуренцией. 



Правда, сами Физіократы хотѣли свои отвлеченные выводы, дедуциро- 

 ванные изъ Ordre Natur el, гдѣ царила неограниченная конкуренція, sic ei 

 simjpUciter примѣнить къ рѣшенію практическихъ вопросовъ. Ясно, что въ 

 этомъ отношеніи они заблуждались, но ихъ ошибки не должны мѣшать по- 

 ниманію здороваго теоретическаго зерна ихъ ученія. 



Итакъ, въ мірѣ абстракціп, въ счастливомъ Ordre Natur el, гдѣ нѣтъ 



И А. Н. 1917. Г01* 



