— 399 — 



намъ лексическихъ матеріалахъ указанной группы, то нельзя ие остановиться 

 на сродствѣ той же основы kel)-, собственно ke-Э-, означающей и бѣлизиу, 

 и проказу, съ основой г. qefl>qfle, др. -лит. qäe, безспорно стоящей въ связи 

 съ ч. qfle > qfle бѣлый; болѣе того, это его лишь модифицированная, со- 

 гласно природѣ произносительныхъ органовъ племени съ языкомъ свистя- 

 щаго типа, разновидность, и всѣ эти разновидности (4. qöe > qüe |) г. qfle 

 (вульг. qäe) < г. qcä (вульг. qeÄ), восходя черезъ архетипы *qey{) > *qeyfl 

 къ прототипу *qerü < qeri), выводятъ насъ изъ круга языковъ сибилянтной 

 вѣтви въ спирантные языки и по огласовкѣ (е) и по составу коренныхъ 

 согласныхъ, при чемъ по словамъ съ той же основой, наличнымъ въ языкахъ 

 сибилянтной вѣтви, основа означала, какъ наблюдаемъ то и съ kefl-, 

 не только бѣлазну, но и паршь, коросту [>проказу]: я имѣю въ виду 

 г. qeö (>*qey()<qerÖ) паршь, шолуди, г. qefl-ed, да и qeO чешуя и т. п., 

 равно г. qert-1-i перхота, чешуя, м. qerö-a |j qirö-a > qarä-a перхоть, 

 паршь, чешуя, г. qerÖ-1-i чешуя (Беридзе, Глосс., s. ѵ:) и ихъ много- 

 численный семасически ещѳ болѣе диФФеренцированиыя, чѣмъ Фонети- 

 чески, разновидности, выходящія за предѣлы интересовъ настоящей 

 замѣтки. 



И все-таки нѣтъ пока основапія дѣлать выводъ, какъ то вытекаетъ 

 по всѣмъ Фактическимъ видимостямъ изъ сопоставляемыхъ матеріаловъ, 

 что значеніе «проказа» представляетъ второобразное явленіе, развившееся 

 изъ понятія о бѣлизнѣ, какъ и того меньше могли бы мы настаивать 

 на происхожденіе отвлеченнаго значенія бѣлизны отъ конкретнаго значенія 

 того же слова — «короста», «шолудь», «паршь», «проказа». Чтобы свести 

 весь чрезвычайно сложный семасіологическій вопросъ объ гізначальпомъ 

 значеніи къ дѣлу, хотя и трудному, но все-таки простому — выбору между 

 двумя поиятіями, надо признать ихъ созданіями соціально-культурнаго 

 періода народной жизни, а не этно-культурнаго, когда слова возникали 

 въ результат!, инстинктивнаго природно-психическаго (анимистическаго, 

 религіознаго или эстетическаго) воссріятія міра, а не реФлективнаго куль- 

 турно-историческаго (Философскаго пли иаучнаго). А въ тѣ протоистори- 

 ческія, если не первобытныя, времена и проказу и бѣлизну люди воспри- 

 нимали не матеріалистически, какъ то мы судимъ нынѣ, исходя изъ осознан- 

 ныхъ Фактическихъ видимостей, какъ отъ реальностей, а психически, инстин- 

 ктивно одухотворяя явленія и видя въ нихъ не проявленіе непостижимыхь 

 силъ, а сами эти силы, божества, и лишь олицетвореніе ихъ въ видимыхъ, 

 вообще ощущаемыхъ Формахъ. 



Только доработавъ эту вообще мало освѣщснную сторопу лингвистики 



НзвѣстілР.А.Н. 1919. 



