— 20 — 



Для прежних арабистов, западно-европейских п русских, арабская поэзия, но 

 замечанию Крачковского, была по преимуществу материалом для исторических и 

 филологических, точнее грамматических, выводов, апсШа Ызіогіае еі рЫ1о1о§іае. 

 Как историк культуры, подходил к арабским диванам и антологиям и бар. Розен. 

 Исключением были работы арабистов венской школы, группировавшихся около Ру- 

 дольфа Г ей ер а, для которых изучение арабской поэзии было целью само по себе, 

 которые ставили себе задачею «установить поэтическую личность», т. е. с одной сто- 

 роны анализировать технику произведений, а с другой самую психологию поэта. 

 Направление этой школы было усвоено и введено в русскую науку Крачковским, 

 но без рабского подчинения ее влиянию; самостоятельное отношение его к западно- 

 европейским предшественникам обеспечивалось уже тем, что образцом для него в 

 методологическом отношении были труды русского ученого — покойного академика 

 А. Ы. Веселовского. На свою магистерскую диссертацию он смотрел как на 

 «материалы для характеристики поэтического творчества» в духе теории А. Н. Весе- 

 ловского о «параллельных рядах» в истории развития поэтических форм. 



Предметом исследований Крачковского в области христианской арабской 

 литературы были не столько отдельные памятники этой литературы, сколько отра- 

 жения одних и тех же легенд и других сюжетов в различных памятниках, вообще 

 вопрос о влиянии литератур христианского Востока одной на другую и об отноше- 

 ниях между христианскими и мусульманскими культурными течениями. Ход его 

 работ привел его к сближению, в одной из своих последних статей, результатов 

 своих исследований в области арабской мусульманской поэзии и арабского христиан- 

 ства; в этой статье им ставится п решается вопрос, с какими понятиями было связано 

 для арабских поэтов, от до-мусульманского периода до XII века, представление о хри- 

 стианине, какие христианские термины встречаются еще у мусульманского поэта 

 XII века, когда и каким путем они вошли в арабский язык. 



Интерес Крачковского к христианскому Востоку, п не только к нему, был 

 значительно углублен двухлетней (1 908 — 1 910) командировкой на восток, в Египет 

 и Сирию. В печати не появлялось полного отчета об этом путешествии, но ряд ста- 

 тей, явившихся его результатом, наглядно показывает, что путешественник в одина- 

 ковой степенп сумел использовать время командировки для ознакомления с собра- 

 ниями рукописей, в том числе п с такими, на которые до тех пор обращалось мало 

 внимания учеными, напр. с рукописями городской библиотеки в Александрии, и с 

 современной жизнью арабского общества, насколько она выражается в деятельности 

 учебных заведений, в литературе п в периодической печати. Путешествие доставило 

 Крачковскому значительный материал по непосредственно интересовавшим его 

 темам, но еще более расширило его общий научный кругозор. Из напечатанного им 

 в 1919 г. небольшого по объему (менее 10 страниц), но глубоко продуманного 

 очерка арабской литературы видно, насколько он чувствует себя полным хозяином 

 в самих различных отраслях литературного творчества арабов, насколько его взгляды 

 независимы от традиционных схем и формул, насколько им сознается, что п в его 



