— 136 — 



различными сами по себе для животного, явлениями и объектами, которые только 

 при данных условиях совпадают с теми по времени и таким образом сигнализуют 

 их. В этих рефлексах, сравнительно с первыми, что касается нервного прибора, 

 прибавляется только то, что для них нервный путь в одном пункте замыкается 

 вновь. Эти рефлексы мы назвали, в противоположность прежним, условными, при- 

 давши тем прилагательное безусловных. Условные рефлексы чрезвычайно усложняют, 

 утончают и уточняют соотношение между внешним миром и организмом. Наша жизнь 

 переполнена ими. На них основаны наши привычки, воспитание и всякая дисциплина. 

 Дальнейшая фаза усовершенствования отношения между средой и организмом состоит 

 в том, что условные рефлексы, как сигнальные по принцину, постоянно и тонко 

 коррегируются. Раз они не оправдываются в действительности, т. е. за ними не сле- 

 дуют существенные явления, которые они сигнализируют, то они, как бы в силу 

 экономического принципа в данное время или при данных условиях отменяются, 

 продолжая существовать в другое время, при других условиях. Достигается это осо- 

 бенным нервным процессом, который по общепринятой физиологической терминологии 

 называется торможением. Что это за процесс — оставалось неизвестным. В настоящее 

 время, после долговременного накопления мною вместе с моими многочисленными 

 сотрудниками фактического материала, после многолетнего настойчивого анализа его, 

 и в особенности на основании новейших данных, полученных в совместной моей 

 работе с моим сотрудником Д. С. Фурсиковым, я могу с полным правом утвер- 

 ждать, что это есть парциальный локализированный сон. Всякий внешний раздражи- 

 тель, раз он не входит в центральной нервной системе дальше в связь с другими 

 отделами этой системы, которые в данный момент, при данных условиях, должны 

 работать, вызывая ту или другую нужную физиологическую деятельность, — разви- 

 вает, обусловливает в нервных клетках, которых он достигает, сонное состояние, 

 сон — и таким образом как бы перестает существовать для организма, делаясь инди- 

 ферентным. Значит, парциальный сон постоянно участвует в бодром состоянии 

 животного, и именно в тончайших соотношениях его с внешним миром. Какой яркий 

 пример применения принципа экономии! Недаром и большие полушария мозга есть 

 высочайший продукт земной природы! И обратно, в сонном состоянии всегда есть 

 бодрые, деятельные пункты в больших полушариях, как бы дежурные, сторожевые 

 пункты. Общеизвестны случаи мельника, хозяина водяной мельницы, просыпающегося 

 от прекращения мельничного шума, как бы он крепко ни спал, матери, просыпающейся 

 от малейшего шороха больного ребенка, хотя другие гораздо более сильные раздражи- 

 тели не будят ее, многих людей, просыпающихся в назначенный для себя час и т. д. 

 Таким образом никакой противоположности между бодрствованием и сном, которую 

 мы обыкновенно привыкли себе представлять, не существует. Все дело сводится 

 только к преобладанию, при известных условиях, то бодрых, то сонных пунктов 

 в массе больших полушарий. Очевидно, что и все, часто поражающие, явления чело- 

 веческого гипнотизма есть вообще понятный результат того или другого расчленения 

 больших полушарий на сонные и бодрые отделы». 



