— 735 — 



во Флоренции и Секретарю Академии баскского языка профессору К. М. 

 <1е Агіше в Бильбао. 



Я же считаю долгом лично выразить здесь, в высоком собрании, глу- 

 бокую благодарность всем тем, которые имели благородное желание помочь 

 устроению личной научной жизни ученого, который никогда не мыслил 

 однако, что эта, личная научная жизнь может продолжаться с пользой для 

 дела не там, где не только она, но вся кавказоведная наука сложилась. 

 Правда, по слабости сил область знания, представленная мною, не пустила, 

 глубоких корней и здесь, опа и здесь переживает опасный кризис, но пре- 

 бывание заграницею сделало для меня еще более конкретным разделявшуюся 

 и раньше мною мысль, что наука в России представляет самодовлеющую 

 универсальную ценность, русский подход в науке вообще обладает своими 

 особыми светлыми и яркими сторонами, в других странах не ощущаемыми, 

 н гибель организаций, в которых она выношена, хотя бы временная, будет 

 ущербом не только для русского просвещения, но и для мировой пауки, 

 а выход из строя их членов, в данный момент не восполняемый, будет ли 

 это от косы смерти или тяги в чужие, материально лучше обставленные 

 края, т. е. каждая убыль в рабочих силах есть лишний залог распада научных 

 организаций и гибели науки в России вообще. В частности же по моей 

 области знания не мыслю, конечно, возможности необходимой для ее раз- 

 вития организации заграницей, и если не вижу и здесь реальности, которая 

 давала бы твердую уверенность в обеспеченности почвы для дальнейшей 

 работы над тем, что наметилось в качестве очередных задач в результате 

 совершенной поездки, все-таки не имею права не попытаться заявить о жела- 

 тельных мерах. 



В научном отношении поездка дала удовлетворительные результаты, 

 но чрезвычайно осложнила, дальнейшую работу, поставила нас в невозможные 

 для спокоііной работы условия : черезчур широки открывающиеся перед нами 

 горизонты и черезчур слабы наши силы. 



Одновременно со специальным заданием по этрусскому и баскскому 

 я продолжал работу по неопределенным доселе клинописным языкам. Работа 

 над яфетическим происхождением ассирийской клинописи, яфетическими 

 основами шумерского или называемого так языка привела меня к мысли, 

 что ш в Междуречий исследование должно быть направлено на выяснение 

 скрещения в творчестве и прогрессе языка, что дело идет не о простом 

 заимствовании слов или Форм языком одной семьи от языка другой семьи, 

 я об усвоении гетерогенных элементов в длительном процессе скрещения 

 прежних разноприродных языков и о нахождении перед нами новых гибрид- 



ИРАН 1921. 



