—  814  — 
зывая  крайне  неточно  (напр.,  «переводъ  съ  китайскаго»).  Цѣлыя  серіи  спе- 
ціальныхъ  изданій  еще  ждутъ  своихъ  изслѣдователей1. 
Но  даже  при  тщательной  разработкѣ  доступыаго  изъ  указанныхъ 
источниковъ  матеріала,  несомнѣнно,  останется  безъ  освѣщенія  пли  очень 
слабо  освѣщенными  много  сторонъ  ойратской  исторіи,  и  прежде  всего  будетъ 
темнымъ  болѣе  ранній,  до  70-хъ  годовъ  XVII  ст.,  періодъ,  а  между  тѣмъ 
этотъ  періодъ,  когда  произошло  разселеніе  ойратовъ  и  созданіе  ойратской 
державы,  представляется  особенно  знаменательнымъ.  Для  послѣдующаго 
времени  мы  найдемъ  обильныя,  часто  исчерпывающая  данныя  по  исторіп 
отношеній  ойратовъ  къмонголамъ,  манджурамъ,  тибетцамъ,  а  отчасти  также 
и  къ  мусульманскимъ  народамъ,  но  тамъ  почти  не  окажется  свѣдѣній  объ  отно- 
шеніяхъ  ойратскихъ  племенъ  къ  ихъ  сѣвернымъ  и  западнымъ  сосѣдямъ: 
урянхайцамъ,  киргизамъ,  татарамъ.  Что  же  касается  Россіи,  то  хотя  съ  нею 
Пекинское  правительство  и  входило  въ  сношенія  по  ойратскому  вопросу,  но 
они  вообще  носили  случайный  характеръ  и  сдѣлались  интенсивными  лишь 
въ  періодъ  упадка  ойратскаго  могущества,  въ  виду  чего  и  свѣдѣнія  китай- 
скпхъ  источниковъ  о  русско-ойратскихъ  отношеніяхъ  не  имѣютъ  большого 
значенія, 
Отмѣченные  пробѣлы  и  недостатки  въ  значительной  степени  могутъ 
быть  восполнены  источниками  русскаго  происхожденія.  Русскимъ  пришлось 
столкнуться  съ  ойратами  еще  въ  пору  ихъ  разрозненности  и  политической 
слабости,  наблюдать  затѣмъ  шагъ  за  шагомъ  ихъ  постепенное  усиленіе  и, 
наконецъ,  быть  свидетелями  ихъ  быстраго  упадка.  Благодаря  этому  въ  рус- 
скихъ  источникахъ  мы  находимъ  свѣдѣнія,  освѣщающія  болѣе  или  менѣе 
равномѣрно  жизнь  ойратскихъ  племенъ  завесь  150-лѣтній  періодъ  (и  въ 
этомъ  едва  ли  не  наибольшая  ихъ  цѣнность)  и  дающія  возможность  про- 
вѣрки  тамъ,  гдѣ  оказываются  данныя  изъ  другихъ  источниковъ.  Правда, 
оставаясь  большею  частью  пассивными  наблюдателями  происходи вшпхъ  на 
ихъ  глазахъ  событій,  русскіе  въ  общемъ  мало  вникали  во  внутреннюю  жизнь 
ойратовъ  и  лишены  были  возможности  отдать  себѣ  полный  и  ясный  отчетъ 
въ  ихъ  отношеніяхъ  со  всѣми  сосѣдями,  но  все  же,  поскольку  дѣло  касалось 
русскихъ  земель,  а  равно  народовъ,  тяготѣвшихъ  къ  русской  СФерѣ  вліянія, 
русскіе  источники  даютъ  богатѣйшій  матеріалъ,  позволяющій  возстановпть 
картину  русско-ойратскихъ  отношеній  большею  частью  до  мельчайшихъ  по- 
дробностей. 
Другою  незамѣнимою  особенностью  русскихъ  источниковъ  является  то, 
1  Въ  противоположность  этому  бросается  въ  глаза  увлечепіе  какішъ-либо  одипмъ 
источнпкомъ;  такъ,  отрывки  изъ  нѣкоторыхъ  китайскпхъ  сочпненій  (напр.,  Си-юи  вэнь- 
цзянь  лу)  переводились  но  2  и  даже  по  3  раза  ;  особенно  часто  игнорировались  за  границею 
русскіе  переводы. 
