какъ  бѣлый  цвѣтъ,  т.  е.  какъ  совершенно  новое  самостоятельное  эле- 
ментарное ощущеніе.  Съ  ощущеніемъ  бѣлаго  цвѣта  дальше  связывается 
представленіе  о  насыщенности  каждаго  изъ  монохроматическихъ  цвѣтовъ. 
На  ряду  съ  бѣлымъ  цвѣтомъ  физіологи  на  основаніи  работъ  Гельмгольца 
и,  въ  особенности,  Геринга  принимаютъ  также  и  черный  цвѣтъ,  какъ  не- 
которое элементарное  ошущеніе.  Поэтому,  каждый  изъ  монохроматическихъ 
цвѣтовъ  можетъ  отъ  смѣшенія  съ  бѣлымъ,  чернымъ  или  съ  какимъ-нибудь 
изъ  оттѣнковъ  сѣраго  цвѣта  мѣнять  степень  насыщенія.  Если  мы  помѣ- 
стимъ  въ  вершинѣ  А  треугольника  АБС  бѣлый  цвѣтъ,  а  въ  вершпнѣ  В 
красный,  то  на  линіи  AB  размѣстятся  всѣ  оттѣнки  оіъ  краснаго  до  бѣлаго; 
если  мы  дальше  помѣстимъ  въ  С  черный  цвѣтъ,  то  на  линіи  ВС  будутъ 
лежать  всѣ  оттѣнки  отъ  краснаго  до  чернаго,  на  лнніп  AG  будутъ  помѣ- 
щаться  всѣ  оттѣнки  сѣраго  цвѣта  отъ  бѣлаго  до  чернаго.  и  каждый  изъ 
этихъ  сѣрыхъ  оттѣнковъ  на  линіи  AG  въ  свою  очередь  можетъ  быть  смѣ- 
шанъ  съ  краснымъ  и  способенъ  такимъ  образомъ  дать  самостоятельную 
линію  оттѣнковъ.  Въ  результатѣ  мы  получаемъ  для  одного  краснаго  цвѣта 
площадь  всѣхъ  его  степеней  насыщенія,  т.  е.,  болынаго  или  меныпаго 
содержанія  въ  немъ  бѣлаго  пли  чернаго  цвѣта.  Но  такую  же  площадь 
можно  сконструировать  и  для  всякаго  монохроматическаго  цвѣта,  и  если 
мы  наложимъ  треугольники  соотвѣтствующіе  всѣмъ  цвѣтамъ  спектра  одбнъ 
на  другой,  то  придемъ  къ  цвѣтному  тѣлу  въ  видѣ  трехгранной  призмы.  Это 
тѣло  будетъ  имѣть  странныя  свойства,  оно  будетъ  идеально  сплошнымъ 
тѣломъ,  оно  не  будетъ  состоять  изъ  частицъ.  Въ  такомъ  видѣ  представляли 
себѣ  до  послѣдняго  времени  строеніе  ЭФира.  Цвѣтное  тѣло  имѣетъ  сплош- 
ную структуру,  потому  что  наши  цвѣтныя  ощущенія  не  приспособлены  къ 
опредѣленнымъ  скачкамъ,  здѣсь  нѣтъ  интерваловъ,  которые  бы  давали 
намъ,  какъ  въ  области  звуковыхъ  ошущеній,  новые  элементы  ощущеній, — 
здѣсь,  наоборотъ,  царство  постепенныхъ  переходовъ  одного  цвѣтного  тона 
въ  другой.  Всѣ  попытки  со  временъ  Ньютона  строить  гаммы  и  гармониче- 
скіе  аккорды  изъ  опредѣленныхъ  цвѣтныхъ  сочетаній  не  имѣютъ  почв^і 
подъ  собою. 
Было  бы  интересно  выяснить,  какимъ  образомъ  располагаются  въ 
систему  наши  ощущенія  въ  области  другихъ  органовъ  чувствъ,  напр.,  обо- 
пянія,  вкуса.  Къ  сожалѣнію,  фнзіологія  этихъ  органовъ  чувств1>  находится 
еще  въ  зачаточномъ  состояніи,  мы  не  знаемъ  еще  основныхъ  элементовъ 
самихъ  раздражающихъ  агентовъ;  Физическая  и  химическая  природа  раз- 
дражителей этихъ  органовъ  чувствъ  еще  не  на  столько  понятна,  чтобы 
можно  было  ихъ  расположить  въ  извѣстномъ  порядкѣ,  какъ  мы  распо- 
Нзвѣсхіа  Р.  А.  Ы.  1919.  Ujr 
