— 1507 — 



русской бюрократіи, — краемъ, искусственно скроеннымъ изъ случайнаго конгло- 

 мерата народовъ и племенъ. Такъ, и при томъ вполнѣ искренно, думаютъ въ боль- 

 шинствѣ современные представители отдѣльныхъ кавказекихъ народовъ, въ частности 

 и грузины. На самомъ дѣлѣ Кавказъ, какъ цѣлое, имѣетъ свою долгую предолгую 

 до-русскую исторію и даже періодъ до-письменной исторіи. Существа не мѣняетъ, 

 что въ древности этотъ реальный Кавказъ выступаетъ подъ тѣмъ или инымъ пле- 

 меннымъ названіемъ. Эти названія не всегда имѣютъ голое или одно этническое зна- 

 ченіе, такъ, напр., ни терминъ грузинъ (qar&vel), ни терминъ армянинъ (hay) въ древ- 

 ности не имѣлъ значенія чисто этнически-національнаго, а религіозно-національнаго, за- 

 тѣмъ культурно-національнаго и политически-національнаго. Qardvel въ частности 

 означалъ реально всю совокупность не только грузпнскихъ и родственныхъ грузи- 

 намъ племенъ и народовъ, но и не родственныхъ, лишь бы они входили въ составъ 

 грузинскаго коллектива, иногда политическая, иногда лишь культурнаго, но никогда 

 не этнически лишь грузинскаго. Въ блестящіе періоды исторіи Грузіи терминъ «Sa- 

 qardvelo», т. е. Грузія, обнималъ весь Кавказъ, и, если на сѣверѣ онъ не достигалъ 

 предѣловъ современнаго Кавказа, то на югѣ и юго-западѣ выходилъ далеко за пре- 

 делы бывшаго намѣстничества. Грузинская націоналистическая мысль, говоря о 

 Грузіи, о «Saqardvelo», и нынѣ мыслить о странѣ въ древнемъ масштабѣ — въ ука- 

 занныхъ предѣлахъ, т. е. по существу о нашемъ Кавказѣ. 



Я не касаюсь историческаго анахронизма, именно того, что Россія доброволь- 

 нымъ присоединеніемъ къ ней Грузіи вовсе не получала изъ рукъ грузинскаго царя 

 подъ названіемъ Грузіи столь обширнаго края. Но что для насъ сейчасъ важнѣе от- 

 мѣтить, тотъ же обширный край за сто лѣтъ русскаго правленія не только пере- 

 мѣнилъ названіе, расширившись по сю сторону кавказскаго хребта и въ связи съ 

 этимъ окрещенный въ «Кавказъ», но преобразился и внутри, прежде всего въ части 

 взаимоотношеній мѣстныхъ народовъ, значительно развился въ демократическпхъ 

 слояхъ и еще до революціи чувствовалъ потребность въ новомъ общественномъ укладѣ, 

 перестройкѣ его на прогрессивныхъ началахъ и соотвѣтственномъ устроеніи школь- 

 наго дѣла, а никакъ не на реставраціи давно пережитого, на основаніи реминп- 

 сценцій, до-русскаго правленія. 



Надо имѣть въ виду, что на этомъ совершенно реальномъ явленіи и связан- 

 ныхъ съ нимъ фактахъ, а не на проникновеніи грузинскпхъ массъ идеями ученія 

 Маркса держится успѣхъ соціал-демократической партіи въ Грузіи и тѣсная орга- 

 нически неразрывная работа сознательныхъ и искреннихъ соціал-демократовъ грузинъ 

 съ русскими соціал-демократами. 



Сознательная часть грузинскихъ рабочихъ и крестьянства, вообще грузинской 

 крестьянской массы противъ националистической конструкціи уклада кавказской 

 жизни, противъ національнаго обособленія Грузіи. Въ то же время, за сто лѣтъ русскаго 

 правленія, сь одной стороны, на югѣ достигло большого развитія правосознаніе армян- 

 скаго крестьянскаго населенія, вообще армянскаго народа, а съ другой, — на сѣверѣ 

 разноплеменное населеніе горскаго населенія, въ лицѣ четырехъ, пяти группъ, даге- 



Извѣстіі Р. А. Н. 1918. 



