— 1614 — 



xal Jtgög tovtoig trjg 'Avn. . .{xd%ov 

 хахапѵуобѵѵцд a* avanXr\asi. 



Конечно, зрители ожидали услышать 'Avnycovtog. Вмѣсто него актеръ на- 

 зывалъ Антимаха, повидимому, извѣстнаго своей скупостью и воздержа- 

 ніемъ, благодаря чему и получался комическій апросдокетонъ 1 . 



Попутно обратимъ внимаше на то, что АристоФанъ упорно укло- 

 няется отъ того, чтобы назвать Антифонта по имени. Причина этого намъ 

 неизвѣстна. 



Обвиненіе въ развратѣ и легкомысліи содержится еще въ ст. 1074 — 

 1082. Трудно сказать, насколько эти обвиненія основательны. Поводъ къ 

 нимъ давало, во .всякомъ случаѣ, философскоѳ міровоззрѣніе Антифонта, 

 изложенное въ его книгахъ; онъ считалъ цѣлью жизни Физическое удоволь- 

 ствіе и начерталъ на своемъ знамени : сагре diem. 



Этой экскурсіей въ область біограФІи Антифонта я пока ограничусь. 

 Дальнѣйшее углубленіе въ эту область возможно только послѣ разрѣшенія 

 вопроса о тожественности АнтиФОпта-оратора, АнтиФОнта-соФиста и Анти- 

 Фонта-трагика. 



Новый отрывокъ, какъ мы видимъ, уже при первомъ ознакомленіи съ 

 нимъ, даетъ крайне важные результаты не только для исторіи греческой 

 философіи, но и для исторіи аѳинской общественной мысли. Не говорю уже 

 о тѣхь новыхъ горизонтахъ, которые онъ открываетъ при изученіи Ари- 

 стофана, Платона, КсеноФОнта и трагиковъ. 



АнтиФОнтъ прежде всего дитя своего времени, когда рушились вѣко- 

 выя традиціи, смѣняясь, съ одной стороны, культомъ человѣческаго ума, 

 тяготѣніемъ къ чистому знанію, сбросившему путы религіи и косности, съ 

 другой — культомъ личности, крайнимъ индивидуализмомъ и эгоизмомъ. 

 V вѣкъ былъ временемъ, когда аѳинскій имперіализмъ достигъ высшаго 

 полюса; для такого момента характерно провозглашеніе принципа — «сила 

 есть право», какъ въ отношеніяхъ государствъ, такъ и въ отношеніяхъ 

 отдѣльныхъ людей между собой. Угожденіе «велѣніямъ природы», стре- 

 мленіе къ максимуму удовольствія становится лозунгомъ момента; идеаломъ 

 становится сильный и свободный сверхчеловѣкъ, сбросившій съ себя всѣ 



1 Скорѣе всего, это тотъ же скряга Антимахъ, который, будучи хорегомъ Ленейскаго 

 агона, оставилъ актеровъ безъ обѣда (Acharn. 1155). Можетъ быть, это — то же лицо, что и 

 банкиръ, упомянутый Евполидомъ въ «Демахъ». Замѣчанія схолій: оЪѵод еід ^щХѵхцха ксо- 

 fjbcpdeliai, xal еЬ/лодфіаѵ. oixoq Xiav nögvog tfv, придуманы ad hoc; ихъ единственный источ- 

 никъ — данное мѣето «Облаковъ». Никакой цѣны они не имѣютъ. 



