— 2054 — 



но я считаю, что не напрасно раздаются уже среди насъ голоса, которые 

 говорятъ, что за исторической перспективой мы иногда начинаемъ не видѣть 

 самую суть вещей, по которой мы невольно при нашемъ громадномъ 

 обхватѣ начинаемъ только скользить, не углубляясь достаточно въ самую 

 сущность. Недавно въ предисловіи къ изданію важнѣйшаго буддійскаго 

 ФиюсоФСкаго текста я прочиталъ критическое замѣчаніе по поводу увлекшихъ 

 всю Европу открытій въ Китайскомъ Туркестанѣ съ ихъ громадными исто- 

 рико-культурными перспективами, открывшими намъ новые міры, прочи- 

 талъ, удивился и даже негодовалъ. Но вдумавшись въ эти слова, я понялъ 

 глубокое предостережете, которое вънихъ лежало, инемогъ не вспомнить о 

 томъ пагубномъ вліяніи, какое эти важнѣйшія открытія имѣли па судьбу индій- 

 ской фіілологіи: заброшено изученіе отдѣлыіыхъ дисциплипъ индійскаго 

 знаиія, безъ глубокаго и полнаго знанія которыхъ мы никогда не войдемъ 

 сознательно въ величайшій міръ индійской культуры: мы набросились на 

 нзучеиіе сцены, обстановки, гдѣ передъ нами бродятъ пока только тѣни, 

 а не жішыя существа, мысли и чувства которыхъ мы могли бы понять. 



Вѣдь когда къ книгѣ Жуковскаго предъявлялось требовапіе истори- 

 ческой перспективы, историческаго Фона, то забывали, что тогда самъ 

 Энвери сталъ бы, очевидно, лишь блѣдною тѣнью, ибо изучить его съ 

 достаточпою глубиною Ж у ковскій уже не успѣлъ-бы. Подводя итогъ сказан- 

 ному, можно, мнѣ кажется, несомненно признать, что изслѣдованіе Жуков- 

 скаго объ Энвери важный и цѣпный научный трудъ, имѣющій длительное 

 научное значеніе, являющійся достойнымъ представителемъ определенной 

 научной школы, достоинства и недостатки которой онъ раздѣляетъ, трудъ 

 имѣющій оиредѣленное, видное мѣсто въ исторіи персидской литературы и 

 вполнѣ оцѣненный и у иасъ и на западѣ. 



Изъ другихъ его работъ чисто литературнымъ памятникамъ посвящена 

 большая и цѣнная статья объ Омарѣ Хайямѣ, гдѣ Жуковскій разбнраетъ 

 сложный и трудный вопросъ о «странствующихъ» четверостишіяхъ 1 . 



1 «Оыаръ Хайямъ и «странствующіяв четверостпшія». <4о , ^іА^ Сборникъ статей учени- 

 ковъ бар. В. Р. Розена. СПб. 1897, стр. 325 — 363. Ср. Denison Rosa. Fresh light on 'Omar 

 Khayyam JR AS 1898, pp. 350—366; ср. также интересный этюдъ A. Christensen. Recherchcs 

 sur les Rubaiyät de'Omar Hayyam. Heidelberg 1905. (MGSLVO Heft 3); авторъ оспариваетъ 

 выводы Жуковскаго, указывая, впрочемъ, что самъ Ж у ковскій собственно отказался отъ 

 выводовъ изъ своихъ любопытныхъ разысканій. Кристенсенъ, мнѣ кажется, не оцѣнилъ 

 аргументами Жуковскаго, къ выводамъ котораго онъ, въ сущности, нриходнтъ и самъ: 

 центръ аргументами Жуковскаго лежитъ въ указаніи, что наиболѣе правильно мы поймемъ 

 Омара Хайяма, если послѣдуемъ пониманію его самими персами, тому, какъ они понимали поэта 

 въ теченіе ві.ковъ. Ж у ко век і й здѣсь опятг, совершенно правильно отстаиваетъ точку зрѣнЩ 



