— 542 — 



наев а, указавъ на то, что они не вполнѣ выявили своего отношенія къ за- 

 дачами изученія буддизма. За Б юрнуФомъ заслуга перваго болѣе подробнаго 

 разслѣдованія санскритской буддійской литературы ; къ сожалѣнію недоста- 

 точное знакомство съ тибетской литературой и незнаніе китайскаго языка 

 помѣшали Бюрнуфу отвести правильное мѣсто доступной ему санскритской 

 литературѣ по буддизму и особенно оцѣнить значеніе Abhidharmakoca Va- 

 subandhu. Благодаря этому онъ не создалъ достаточно надежной почвы для 

 работы надъ такъ называемымъ сѣвернымъ буддизмомъ въ противовѣсъ 

 южному. 



На совершенно правильную дорогу сталъ Минаевъ, когда онъ гово- 

 рилъ: «Сравнительное изученіе догматовъ по памятникамъ разныхъ сектъ 

 даетъ возможность выяснить общіе принципы и основанія для вѣроятнаго 

 рѣшенія вопросовъ о томъ, что должно считать первичнымъ, что древнимъ 

 и что новымъ въ этпхъ памятникахъ; самый хронологическій вопросъ отно- 

 сительно большинства памятниковъ значительно упростится, вмѣстѣ съ тѣмъ 

 его рѣшеніе сдѣлается болѣе правдоподобнымъ. Черезъ такое пзученіе раз- 

 витія буддійскихъ догматовъ явится возможность связать начало великаго 

 мірового движенія съ предшествующей исторіей Индіи, и выяснить, откуда 

 пошла эта религіозно-метаФизическая пытливость древняго Индійца». Вмѣстѣ 

 съ тѣмъ Минаевъ даетъ еще и важнѣйшее указаніе, что для выясненія 

 главныхъ Фазисовъ въ исторіи св. писанія буддизма «однихъ буддійскихъ 

 источниковъ совершенно не достаточно»; «необходимо имѣть ближайшее 

 •знакомство со старинными философскими сочиненіями брахмановъ». 



Самъ Минаевъ не почелъ однако для себя посильнымъ предпринять 

 такое историческое изученіе буддизма, и единственный вышедшій томъ его 

 magnum opus о буддизмѣ ограничился критическимъ пересмотромъ буддій- 

 скихъ иреданій о древности и первоначальномъ происхожденіи священныхъ 

 книгъ. Но и въ такомъ неоконченномъ видѣтрудъ Минаева имѣлъ большое 

 значеніе въ исторіи изученія буддизма: онъ, дополняя во многомъ начатое 

 Васильевымъ и издавъ рядъ буддійскихъ текстовъ, даль твердую основу 

 для тѣхъ, кто какъ Кернъ и Лаваллэ-Пуссенъ открыто выступили въ 

 борьбу съ «правовѣріемъ» послѣдователей исключительпаго значенія палій- 

 скаго канона, и съ этой стороны Минаевъ тѣсно примыкаетъ къ третьей 

 группѣ, которая въ основу изученія буддизма поставила широкую базу на- 

 стоящаго зпанія буддійской философіи на почвѣ индійской философіи вообще 28 . 



Здѣсь для насъ намѣчаются три имени и всѣ три принадлежать рус- 

 скимъ ученымъ, это: Васильевъ, Щербатской, Розенбергъ. Правда 

 мы, въ силу тѣхъ особыхъ условій развитія русской науки, о которыхъ ска- 



