— 1013 — 



Поэтъ продолжаешь: «Воинственные вожди нрезрѣли ея мольбы, ея 

 призыванья отца, ея дѣвичьи годы; послѣ молитвы отецъ приказалъ слу- 

 жителямъ усердно поднять ее надъ алтаремъ, точно козу, головой впередъ, 

 такъ что ризы съ нея сплывали, и задержагь проклятье дому ея прекрас- 

 быхъ устъ насильемъ и нѣмой природой ремней. Роняя на землю красу пор- 

 Фиры, она поражала каждаго изъ палачей стрѣлой своихъ глазъ, прекрасная, 

 точно картина, какъ-бы желая заговорить съ ними — вѣдь не разъ она имъ 

 пѣла въ гостепріимныхъ хоромахъ отца, когда ея чистый дѣвственный го- 

 лосъ дружелюбно украшалъ счастливый трехвозліянный пэанъ ея дорогого 

 родителя» 1 . А что было дальше — тлго я не видѣлъ, того я не скажу; 

 но искусство Калханта достовѣрно». Отсюда видно, что Ифигенія недобро- 

 вольно дала себя принести въ жертву — то-же самое, очевидно, придется 

 допустить и для «Кипрій» да и для всей, какъ мы увидимъ, традиціи объ 

 Ифигеніи и литературной, и изобразительной, за единсгвеннымъ исключе- 

 ніемъ Еврипидовой «Ифигеніи Авлпдской». 



Но какъ попала дѣва въ Авлидскій станъ? Предлогъ брака съ Ахил- 

 ломъ былъ обязателенъ для Эсхила, какъ и для всей традиціи — и мы видѣли, 

 какъ прекрасно онъ могъ быть подготовленъ дѣйствіемъ «ТелеФа». Итакъ 

 онъ былъ обманутъ вмѣстѣ съ Ифигеніей и ея матерью? 



Я думаю, такъ оно и было: дѣло въ томъ, что мы можемъ сослаться 

 на изобразительную традицію, говорящую намъ о серьезной битвѣ Ахилла 

 съ воинами Агамемнона изъ за Ифигеніи 2 . У Еврипида отъ этой битвы 

 остался только рудиментарный мотивъ 3 ; СоФоклъ-же не могъ быть вдох- 

 ом. Lucr. I 100 exitus ut classi felix faustusque daretur; Verg. A. II 116 sanguine placastis 

 ventos et virgine caesa; Ног. Sat. II 205 ut haerentes adverso litore naves eriperero, prudens 

 placavi sanguine divos. Отмѣтимъ этотъ Фактъ побѣды Эсхиловой миѳопеи. • 



1 Это было возможно только во время сборовъ ахейскихъ вождей въ Аргосѣ, т. е. въ 

 описанной въ «ТелеФѣ» обстановкѣ. Этимъ рекомендуется наше предположение о выступленіи 

 Ифигеніи въ этой трагедіи. 



е 2 Ср. Brunn, Urne etrusche I табл. XXXV— XLVII, всего 26 номеровъ вообще соглас- 

 ныхъ между собою и отличающихся только обиліемъ Фигуръ. Особенно интересны для насъ 

 №№ 8 — 11 и 20. Ахиллъ, конечно, не «падаетъ въ обморокъ отъ горя», какъ полагаетъ въ 

 своемъ объясненіи Брунъ, а ушибленъ камнемъ въ голову; камень онъ и самъ держитъ въ 

 рукѣ. , 



3 Ст. 1349 сл. АХ. ёд frÖQvßov ьуы те y.aivög i'j/.v&ov . . . КЛ. гіѵ\ ы ^ёѵе; АХ. аы/ла 

 Хеѵайцѵаі nexgoioL. У знакомаго съ теоріей рудиментарныхъ ыотивовъ на основаніи этихъ. 

 словъ должно возникнуть подозрѣніе, что у предшественников!. Еврипида этой и опасности» 

 соотвѣтствовалъ Фактъ; этрусскіе рельефы (см. предш. прим.) это подозрѣніе превращаютъ 

 въ увѣренность. Т. П. Левицкая («Ифигенія Софокла» въ ЛШИП. 1913, отд. кл. фил. 

 335 сл.). впервые использовавшая это совпадсніе, полагала, что прелшественникомъ Еврипида 

 былъ тутъ Софоклъ; но приведенный срображснія (особ, присутствіе Клитемнестры) говорятъ 

 въ пользу Эсхила. Это вѣроятнѣе и потому, что только у Эсхила дѣйствіе происходитъ въ 

 ахейскомъ станѣ — у Софокла оно происходитъ въ Аргосѣ. 



Нзііфвтй Г А.П. 1918. 



