— 1020 — 



3) Вторая кара Артемиды: она требуетъ принесенія въ жертву себѣ 

 «дочери Агамемнона» (Эл. 572); но очевидно, была причина, почему Агамем- 

 нонъ рѣшилъ, что ей угодна именно Ифигенія. Здѣсь намъ идетъ на встрѣчу ми- 

 ѳограФическая традиція, согласно которой богиня потребовала прекраснѣйшей 

 (см. выше стр. 1 01 8 пр. 2). Ее и можно будетъ приписать «ИФигеніи» Софокла. 



4) Предлогъ брака съ Ахилломъ. Здѣсь мы можемъ использовать 

 любопытный рудиментарный мотивъ въ*«ИфИгеніи Авлидской»: Ахиллъ, объ- 

 ясняя Клитемнестрѣ свою готовность заступиться за ея дочь, говоритъ ей 

 между прочимъ слѣдующее: «Не ради брака это сказано — тысячи дѣвъ 

 жаждутъ моего ложа. Нѣтъ; но царь Агамемнонъ оскорбилъ меня. Онъ дол- 

 женъ былъ испросить у меня мое имя, какъ ловушку для дочери :-вѣдь Кли- 

 темнестра болѣе всего была склонена моею личностью къ тому, чтобы вы- 

 дать дѣву замужъ. И я уступилъ-бы въ этомъ эллинамъ, если это было * 

 препятствіемъ для похода въ Иліонъ; я не отказался- бы служить общему 

 дѣлу своихъ соратниковъ» 1 . То, о чемъ здѣсь говоритъ Ахиллъ — вторая 

 изъ вышеупомянутыхъ возможностей ; то, какъ онъ о ней говорить, застав- 

 ляем насъ подозрѣвать, что она была осуществлена у одного изъ его пред- 

 шественниковъ. . Не у Эсхила, однако, — у того Атридъ дѣйствительно обѣ- 

 щалъ Ахиллу Ифигенію; остается Софоклъ. И действительно, упомянутая 

 здѣсь черта очень подходитъ къ его концепціи Ахилла — если судить о ней 

 по его концепціи Неоптолема, котораго онъ изобразилъ его точной копіей. 

 Такъ вѣдь, и сынъ Ахилла коварствомъ Одиссея склоняется, хотя и противъ 

 воли, участвовать въ кривомъ дѣлѣ — въ завладѣніи личностью и лукомъ 

 Филоктета ; точно также и онъ на упреки обманутаго отвѣчаетъ ссылкой 

 на солидарность съ соратниками (Фил. 926). Вообще всю интересную сцену 

 убѣжденія Неоптелема Одиссеемъ (ст._50 сл.) можно представить себѣ въ 

 «Ифигеніи», гдѣ о ней докладывалъ, какъ мы увидимъ, самъ Одиссей своему 

 собесѣднику Діомеду 2 . Правда, Неоптолему подъ конецъ его притворство 



1 И. А. 359: оѵ гыѵ ущіаѵ ехахі — /іѵдіаі xogai дг/д&ао Хёхгдоѵ tobwöv — e'igrjzai. 

 гаде' йХХ' vßgw ig і)(лйд üßgia' 'Ауацё/іѵыѵ ävac. y.gfjv ö' аѵгдѵ alvelv гоЪцоѵ дѵо/л' ё,аоѵ 

 лйда, 'д-цощіа паідбд' і) КХѵгаірьѵі)бгда ö' /лаХібг' епеіаді] Фѵуатёд' ёхбоѵѵаі пооеі. 

 "Едаха гаѵ "EXlrjcflv, si лддд "IXlov ёѵ гфд' ёха/лѵе ѵбагод' obx гідѵоѵ/леФ' äv го xoivöv 

 av£eiv ыѵ /лег' ёагдагеѵоіггіѵ. Полагаю, что всякій читатель Еврипида былъ- бы доволенъ, 

 если-бы этихъ стиховъ не было; до того они для насъ тягостны. И только страсть къ руди- 

 ментарнымъ мотивамъ можетъ объяснить ихъ появленіе. 



2 Что Ахиллъ въ «Ифигеніи» СоФЭкла былъ на сторонѣ враговъ тероини, видно по 

 одному интересному намеку въ Еврипидовой «ИФигеніи Таврической», предполагающей, какъ 

 мы увидимъ ниже," именно СоФоклову концепцию Авлидскаго жертвоприношенія: въ 

 ст. 531 — 539 она спрашиваетъ Ореста объ участи Калханта, Одиссея н Ахилла, причемъ 

 попрекаетъ послѣдняго «коваряымъ бракомъ» съ ней. 



