— 1032 — 



вращается къ Софоклу, отрекаясь отъ спеціально еврипидовской 



миѳопеи. 



Если-бы это относилось къ одному только византійскому эксоду, то ни- 

 какихъ дальпѣйишхъ затрудненій не было-бы: пришлось-бы только допу- 

 стить, что его авторъ обработалъ какую-нибудь hypothesis, восходящую къ 

 «Ифигеніи» СоФокла, принимая ее за еврипидовскую. Дѣло осложняется 

 тѣмъ, что и древняя часть эксода имѣетъ тотъ-же источникъ — и она по- 

 строена на СофоклѢ, не на Еврипидѣ; какъ это объяснить? 



Мы къ этому вопросу еще вернемся. Рука, приписавшая къ подлож- 

 ному эксоду въ Палатинской рукописи византійское заключеніе, этимъ не 

 ограничилась: она прибавила и начало трагедіи подъ заглавіемъ 

 «Дан а я». Къ нему и перейдем ъ мы теперь. 



