"— 1064 — 



Въ то время, какъ Фергюсонъ и Смитъ выясняли важнѣйшія явленія 

 соціальной жизни, другой оригинальный мыслитель — Монбоддо обратилъ 

 вииманіе на первобытную ея исторію: онъ широко воспользовался данными 

 антропологіи и этнограФІи для ея построенія. Монбоддо причислялъ, напри- 

 мѣръ, безъ всякихъ колебаній, орангъ-утанга къ тому- же естественно- 

 историческому виду, къ которому принадлежитъ и человѣкъ, и усматривалъ 

 между ними различіе лишь въ степени развитія ихъ дугаевныхъ способ- 

 ностей; на основаніп анатомическихъ и Физіологическихъ признаковъ чело- 

 века, надѣленнаго природнымъ «инстинктомъ», онъ считалъ его первона- 

 чально плодояднымъ животнымъ, постепенно привыкшимъ къ стадной жизни 

 и къ искусственно возникшимъ, благодаря условіямъ его воли, политическим ь 

 учрежденіямъ; такой выводъ онъ подкрѣплялъ наблюденіями надъ различ- . 

 ными племенами океанійскихъ, африканскихъ и американскихъ дикарей. 

 Охотно прибегая къ сопоставленіямъ подобнаго рода, Монбоддо полагалъ, 

 что люди стали объединяться въ обществѣ подъ вліяніемъ стремленія къ 

 поддержанію своей жизни лосредствомъ общихъ предпріятій, напримѣръ, 

 рыбной ловли или охоты, а также изъ-за самозащиты; что временные ихъ 

 союзы постепенно смѣнились болѣе постояниыми, подчиненными нзвѣстньшъ 

 начальникам^ которые получили особенное значеніе благодаря отправленію 

 судебныхъ Функцій; что древнѣйшіе семейные союзы "начали разрастаться 

 или соединяться въ болѣе крупные, изъ которыхъ образовались народы и 

 государства; что такія политическія организаціи продолжаютъ развиваться 

 и двигаются «все далѣе и далѣе» благодаря возникшимъ въ ихъ средѣ языку, 

 искусствамъ и наукамъ; что они обезпечиваютъ ихъ прогрессъ, которому 

 едва-ли можно поставить какіе-лпбо предѣлы, и т. п. і . ~: 



Шт., В. I, ch. 1—2; В. III, ch. 3; В. -IV, ch. 2, 3 (part 2), 7 (part 2) и др.; см. въ изд. 

 J. M'Culloch, Ed., 1 1863, pp. 1—8, 178-181, 198— 208, 216— 221, 253— 265 и др. Оба труда 

 выдержали много послѣдующихъ изданій и извѣстны въ переводахъ на разные языки. 

 Вообще, объ оптимистическомъ деизмѣ Смита и о томъ, что слово Промыселъ, кажется, не 

 встрѣчается въ «The Wealth of nations», см. L. Stephen, History of the english thought in the 

 eighteenth century, v. IJ, pp. 70— 73, 321 ; cp. K.Marx, Das Kapital, Bd. I, SS. 604—605. 

 О значеніи Смита для исторіи культуры ср. А. О nek en, A. Smith in der Kulturgeschichte, 

 Wien, 1874. О сходствѣ между ученіями Смита и ШэФтсбёри и о различіи между нѣкоторыми 

 положеніями Смита и Кенэ, см. W. Hasbach, Op. cit., SS. 152 — 158. Объ отношеніи Смита къ 

 исторіи см., въ особенностиГ W. Hasbach, Untersuchungen über Adam Smith, Lpz. 1891, 

 SS. 299—338. 



1 [J. Burnet, lord Monboddo], Of the origin and progress of language, Ed. -1773, ■ 

 v. I, B. 2, pp. 189—299: здѣсь авторъ излагаетъ содержапіе сочиненія, надъ которымъ онъ 

 «долго раздумывалъ», но на завершеніе котораго онъ мало надѣялся; самъ онъ называетъ 

 свой трудъ «The history of Man». Монбоддо разеуждалъ о развитіи, но скорѣе въ онтогене- 

 тическомъ смыслѣ, и отмѣчалъ въ «лѣстницѣ суідествъ» мѣсто, занимаемое человѣкомъ 

 (pp. 161, 168); о сходствѣ между орангъ-утангомъ и человѣкомъ, едва-ли, впрочемъ, всегда 



