с 



Фауна бугловскихъ слоевъ Волыни. 27 



бенностями въ строеніи и разселеніи организмовъ Здѣсь желательно было линшій 

 разъ указать на настоятельную необходимость болѣе широкой постановки опытнаго 

 изученія вліянія внѣпіней среды (преимущественно водпой) на организмы и при томъ 

 особенно на измѣненія ихъ твердыхъ скелетовъ. 



12. Насколько крупное вліяніе имѣло переселеніе организмовъ на составъ сар- 

 матской фауны вообще и южно-русской области въ частности, остается пока мало 

 разработаннымъ вопросомъ. Этому фактору въ дѣлѣ выработки новыхъ фаунъ должно 

 быть удѣлено полное вниманіе; примѣненіе же его для объясненія наблюдаемыхъ явленіп 

 часто бываетъ затруднено неполнотою нашихъ свѣдѣній о путяхъ переселенія, т. -е. 

 неполнотою и недостаточностью необходимыхъ для этого фаунистическихъ данныхъ, 

 касающихся обширныхъ площадей соотвѣтствующихъ отложеній Въ затрудненіяхъ, 

 возникающихъ съ этой стороны, оказываютъ нѣкоторую помощь наведенія другого рода. 

 Одно изъ такихъ наведеній подало поводъ проф. Н. И. Андрусову высказать допу- 

 щеніе, что многіе сарматскіе виды переселились въ южно-русскіе предѣлы (и далѣе на 

 западъ) изъ Туранской области. Основаніемъ для такого допущенія служилъ тотъ фактъ, 

 что на востокѣ, уже въ Крымо-Кавказской части среднеміоценоваго бассейна, появляются, 

 на-ряду съ типично-средиземноморскими видами, также формы, близкія къ сармат- 

 скимъ. Еще далѣе па востокъ, въ Закаспійской области (Тюбъ-агалъ) 2 ) наблюдается 

 какъ бы сліяніе двухъ фаунъ — чокракской и спаніодонтовой, при чемъ въ первой 

 наростаетъ преобладаніе ея специфнческихъ видовъ (Тарез іаигіса, СаЫіит ШІЪегі, 

 Егѵііга ргаероііоііеа и др.), являющихся вмѣстѣ съ тѣмъ наиболѣе близкими къ сар- 

 матскимъ видамъ. — Отсюда съ значительнымъ правомъ можно было думать, что виды, 

 составляющіе особенность чокракской фауны, вышли изъ туранской области, а неко- 

 торые изъ нихъ, затѣмъ, можетъ быть перешли и далѣе на западъ, подвергаясь при 

 этомъ значительному измѣненію. Изученіе чокракской фауны должно пролить больше 

 свѣта на этотъ еще недостаточно выясненный вопросъ. Во всякомъ случаѣ, мнѣ кажется, 

 что для объясненія появленія нѣкоторыхъ нижнесарматскихъ трохидъ слѣдуетъ при- 

 нять во вниманіе вліяніе возможныхъ миграцій формъ. 



Вотъ, въ общемъ, тѣ основныя заключенія, которыя возможно привести въ качествѣ 

 итога работъ упомянутыхъ авторовъ, относительно происхожденія сарматской фауны. 

 Какъ приложеніе и отчасти развитіе нѣкоторыхъ частностей ихъ и должно послужить 

 настоящее описаніе бугловской фауны. 



\) Недавно газеты передали рефератъ (въ Русск. Вѣд. іюнь 1902) рѣчи г. Кынаовича на Съѣздѣ 

 Сѣверныхъ натуралистовъ въ Гельсингфорсѣ. Онъ указываетъ въ ней на существованіе такихъ рѣзкихъ 

 зональныхъ и фаціальныхъ измѣненій въфаунѣ Мурманскаго побережья (въ зависимости между арочпмъ 

 отъ направленія послѣднихъ струй Гольфстрема), что геологи могли бы отнести отдѣльныя зоны въ раз- 

 личный системы. 



2 ) Н. Аидрусовъ. Заыѣч. о міоценѣ прпкаспійск. странъ. Изв. Геол. Ком. 1899 XVIII, стр. 343. 

 Н. Андрусов ь. „Гле зМгизз Nео§епаЫ. Зап. И. СПБ. Минер. Об. 1902 г. XXXIX, № 2, стр. 437. 



4* 



