— 106 — 
не извѣстно, но позво іено предполагать, что въ этомъ. значепіи 
иіідійское «пайпилика> есть только переводъ съ тибетскаго. 
Можно также думать, что Греки, получавшіе золото подь ка- 
кимъ либо варварскимъ туземным г. на-іваніемъ, перевели по- 
слѣднее на свой изыкъ. Но спрашивается, каковъ былъ пере- 
водъ и не допускало ли это переводное названіе т;ікой смыслъ, 
будто бы пзвѣстнаго рода золото выкапывается муравьями, 
отчего сначала произошло недоумѣніе, а изъ недоумѣнія, впослѣд- 
ствіи, выросла цѣлая сказка. Что подобные случаи дѣйствительно 
нерѣдки, это можно было бы подтвердить цѣлыми десятками 
примѣровъ; но я ограничусь однимъ слѣдующимъ, изъ об- 
ласти энтомологіи. 
Геродот ъ, между прочимъ, сообщаетъ о Будинахъ, одномъ 
Сарматскомъ (?) народѣ, по новѣйшнмъ изслѣдованіямъ, оби- 
тавшемъ вѣроятно въ сѣверо-восточной части Европейской Госсіи, 
близъ Урала: что они фтирофаги. По любому греческому сло- 
варю (р&ёі^ значитъ вошь, но значитъ также: неболішія 
сосновыя шишки или же сѣмена (что еш,е считаютъ спорнымъ). 
Однако переводчики Геродота, вполнѣ довольствуясь первымъ 
значеніемъ, преспокойно переводили и отчасти продолжаютъ 
переводить (рЭ^ві^осрауоі «ѣдяш,іе вшей», ни мало не трево- 
жась такимъ безсмысліемъ. Бэръ же недавно доказалъ, что въ 
настояш,емъ случаѣ греческое слово означаетъ не гадкое, чу- 
жеядное насѣкомое, но сѣмепа Сибирскаго кедра, такъ назы- 
ваемые «кедровые орѣшшо. 
Загѣмъ, одинаково возможно, что хитрые Азіяты, восполь- 
зовавшіеся легковѣріемъ Грековъ и готовностію ихъ слушать 
всякіе разсказы о какихъ либо чудесахъ, изъ коммерческихъ 
своихъ видовъ, положительныя свѣдѣнія объ источникахъ по- 
лучсаія ими <пайпилики> стали облекать въ сказочную форму, 
или же, что руководимые такими же видами, сами Греки рас- 
пускали сказку объ опасностяхъ, съ какими сопряжено добы- 
ваніе этого драгоцѣпнаго металла. 
Въ сущности, прилагательное муравьиное, въ словѣ «му- 
