— 174 — 
себя. Съ какимъ довѣріемъ отнесется къ заключенію Коке- 
ре ля житель южной и средней Америки при видѣ массы 
этихъ мухъ, нападающпхъ на больныхъ въ госпиталяхъ и ла- 
заретахъ съ цѣлью положить на нихъ яйца и притомъ съ 
такою ревностью, что сидѣлки едва успѣваютъ отгонять ихъ? 
Съ какимъ удивленіемъ прочтетъ это заключеніе Кокереля 
всякій, кто просмотритъ тѣ многочисленные случаи болѣзней 
и смерти отъ Ьисіііа потіпіѵогах и отъ другихъ мухъ, о ко- 
торыхъ сообщаетъ самъ Кокерель и другіе путешественники? 
Я не говорю уже о строго паразитной мухѣ Воль фарта. Къ 
такому ложному заключенію Кокереля привелъ невѣрный 
взглядъ его на явленіе паразитизма. По мнѣнію Кокереля, 
формы, живущія насчетъ тѣла другихъ, никогда не умерщ- 
вляютъ послѣднихъ, потому что въ противномъ случаѣ видъ, 
дающій мѣсто и пищу такому паразиту, долженъ былъ бы 
исчезнуть; но эта теорія разрушается сама собой, если мы 
всгюмнимъ, что всѣ наѣздники (Ісппешпопісіае) и множество 
другихъ паразптныхъ насѣкомыхъ, живущихъ насчетъ другихъ 
суставчатыхъ, непремѣнно убиваютъ послѣднихъ. Есть особый 
родъ мухъ Ваігаспотуіа, которыя живутъ на лягушкахъ и 
всегда въ концѣ концовъ умерщвляютъ свою жертву г ) и т. д. 
Во всѣхъ этихъ случаяхъ смерть обитаемаго паразитомъ жи- 
вотнаго никогда не обусловливаем гибели паразита. Въ са- 
момъ дѣлѣ, пораженное животное умираетъ обыкновенно тогда, 
когда паразиты, развивающіеся въ тѣлѣ его, достигаютъ своей 
нормальной величины; то же самое мы видѣли и у мухъ, такъ 
какъ самый болѣзнепный и опасный періодъ міяза наступаешь 
тогда, когда личинки уже достигли своихъ нормальныхъ раз- 
мѣровъ. Но у непаразитныхъ мухъ мы встрѣчаемъ невиди- 
мому еще большую приспособленность; поселяясь на живомъ 
тѣлѣ животныхъ или человѣка, личинки этихъ непаразитныхъ 
формъ быстро разгнаиваютъ окружающія ткани, издающія тогда 
а ) Тгапвасі. оі ІЬе Епі. 8ос. оі Ке\ѵ 8оиіЬ ЛѴаІее, ѵоі. I, стр. 100. 
