Перехожу къ описанію видѣннаго мною у Oecanthus pellucens. 
Въ тѣхъ же мѣстахъ, гдѣ и прошлымъ лѣтомъ („Туапсе") я веду на- 
блюденія надъ этимъ сверчкомъ съ 20 іюля по 25 августа. Пѣніе сам- 
цовъ я впервые слышу 27 іюля, но окрыленіе далеко не закончено и 
въ обычныхъ убѣжищахъ Oecanthus — въ травѣ, на кустахъ розъ, въ 
сухихъ листьяхъ Cytisus laburnum L. въ это время встрѣчается еще 
много личинокъ. Къ 8 августа пѣніе Oecanthus достигло апогея, но 
личинокъ изрѣдка нахожу еще и 13-го. Пѣсни звучатъ непрерывно 
весь августъ, и позже до 7 сентября я слышалъ ихъ въ Гаграхъ 
и Сухумѣ. Когда Oecanthus въ началѣ августа окончательно распѣ- 
лись, ихъ оглушительный перезвонъ раздается почти со всѣхъ низко- 
рослыхъ деревьевъ и кустарниковъ, начинаясь черезъ четверть часа 
послѣ захода солнца (между 7 — 7 в /і ч. вечера), пока еще не погасли 
послѣдніе блики зари и стоятъ ясные сумерки. Въ сентябрѣ, когда 
стало темнѣть раньше, пѣніе начиналось около шести часовъ вечера. 
Въ затѣненномъ логу я однажды слышалъ (9 августа) первую 
робкую пѣснь Oecanthus въ 6V2 ч. вечера, тогда какъ общій хоръ за- 
звучалъ въ этотъ день не ранѣе 77а ч. вечера. Въ прохладные и пасмур- 
ные вечера, даже во время дождя, Oecanthus продолжаютъ распѣ- 
вать, но темпъ ихъ пѣсни ясно замедленъ. Американскіе наблюдатели 
составили по отношенію къ Oecanthus niveus Degeer („thermometer- 
cricket") даже формулу, связывающую частоту ударовъ его пѣнія съ 
опредѣленнымъ градусомъ температуры воздуха 33 ). Днемъ я находилъ 
сверчковъ плотно забившимися въ сухіе свернувшіеся листья Cytisus 
laburnum L. или просто прижавшимися въ укромныхъ уголкахъ на 
деревцахъ и травянистыхъ растеніяхъ. Ночью я осторожно покрады- 
ваюсь къ пѣвцамъ, такъ какъ шелестъ травъ или прикосновеніе къ 
вѣтви заставляетъ ихъ временно смолкать; подойдя вплотную, освѣ- 
щаю электрическимъ фонаремъ пѣвца и, странно, что это его не пу- 
гаетъ 34 ) и онъ съ вертикально поставленными tegmina продолжаетъ 
испускать свои звенящія трели — „трьрьрь.... трьрьрь.... трьрьрь...!" 
слѣдующія одна за другой съ секундными перерывами... Эти короткія 
трели напоминаютъ мнѣ пѣніе Qryllus domesticus, но y Oecanthus трели 
нѣжнѣе и болѣе плавно слѣдуютъ одна за другой. При обиліи 
пѣвцовъ получается общій непрерывно звенящій хоръ, въ которомъ 
при вниманіи ухо улавливаетъ разнящіеся по тембру голоса отдѣль- 
ныхъ артистовъ. Сила хора пѣвцовъ такова, что отъѣхавъ въ море 
саженей на 150 отъ берега, я, несмотря не безпрерывный гулъ прибоя, 
ясно слышу ихъ пѣніе. Сверчки живутъ у меня въ проволоч- 
23 ) В е s s е у, С. А.— Е. А. Further notes on Thermometer-crickets. Americ. 
Natural, XXXII, 1898, pp. 263—4. D о 1 b e a r, A. E. The cricket as a thermo- 
meter (Oecanthus). Americ. Natural., XXXI, 1897, pp. 970—71; Natural Science, 
XII, 1, 1897, pp. 9—10. Ed es, R. T. Relation of the chirping of the cricket 
(Oecanthus niveus) to température. Amer. Natur., XXXVII, 1899, pp. 935—8. 
34 ) Аналогичное указаніе я нахожу въ цитированной работѣ J e п- 
sen'a по отношенію къ Оес. niveus. 
Труды Русск. Энтом. Общ. XLI. № 6. 
