— 150 — 
той на самцахъ, не успѣвшихъ правильно прикрѣпить ее къ яйце- 
кладу самки 125 ). 
Въ 1913 году, за отъѣздомъ изъ Москвы, мнѣ не пришлось наблю- 
дать спариваній L. cantans ; отмѣчу попутно, что въ этотъ сезонъ пер- 
вую (5 мм.) личиночку этого вида я словилъ 29 апрѣля (Петровское- 
Разумовское), a пѣснь самца въ послѣдній разъ слышалъ вечеромъ 
15 сентября; выходъ изъ яичекъ, повидимому, растянутъ, такъ какъ ли- 
чинки крошки въ 4 мм. длины попадались мнѣ еще 11 мая, когда боль- 
шая часть личинокъ уже подросла до 7—8 мм. Въ 1914 г. въ Петровско- 
Разумовскомъ первыя личиночки были найдены также 29 апрѣля, а благо- 
даря небывалымъ жарамъ и засухѣ, пѣнье самцовъ началось уже съ 
20 іюня, тогда какъ въ болѣе холодные и дождливые годы это проис- 
ходитъ недѣли на 1Ѵ 2 — 2 позднѣе. Первая взрослая самка была слов- 
лена 22 іюня, а съ 23 я уже набираю ихъ въ достаточномъ числѣ въ 
свои садки и до 3 іюля успѣваю закончить требуемыя наблюденія. 
До своего окрыленія Locusta cantans держится преимущественно 
среди пышной травянистой растительности, лишь изрѣдка взбираясь на 
кустарники и низкія деревца. Взрослыя Locusta уже предпочитаютъ ку- 
старники и деревья, не избѣгая, впрочемъ, и зарослей высокихъ травъ. 
Уничтоженіе травяного покрова (покосы, выгоранье) во второй половинѣ 
лѣта фиксируетъ пребываніе большинства кузнечиковъ на древесной ра- 
стительности, гдѣ они сидятъ подчасъ очень высоко; самки часто встрѣча- 
ются и на землѣ, вѣроятно, привлекаемыя сюда кладками. Подъ Москвой 
лѣтомъ 1914 г. L. cantans была поразительно обильна; дружное окрыленіе 
кузнечиковъ еще болѣе усиливало это впечатлѣніе и оглушительные вечер- 
ніе хоры самцовъ, несшіеся со шпалеръ растительности вдоль желѣзнодо- 
рожныхъ путей, были не только явственно слышны для ѣдущихъ, но поло- 
жительно заглушали шумъ поѣзда. Робкія и слабыя вначалѣ трели самцовъ 
быстро затѣмъ крѣпли, усиливались количественно и къ 25 іюня неслись 
уже отовсюду. Въ жаркую пору дня Locusta сидятъ или полулежатъ 
на освѣщенной сторонѣ растеній, упиваясь зноемъ, и самцы испуска- 
ютъ особенныя, короткія, рѣзкія трели, въ которыхъ частота ударовъ 
tegmina достигаетъ максимума; эти отрывистые „тщьсьрьрьрь...!" чере- 
дуются съ 1 — 2 минутными (или большими) паузами и такъ какъ куз- 
нечиковъ много, то ихъ перекликанья съ разныхъ сторонъ какъ бы 
отвѣчаютъ другъ другу, составляя звучный концертъ знойной части 
дня. Часто неподалеку отъ самцовъ на тѣхъ же кустахъ грѣются и 
самочки. Но все же Locusta по преимуществу ночная форма и излю- 
бленнымъ временемъ пѣнья и ухаживаній является періодъ — съ наступле- 
нія сумерекъ до разсвѣта (въ концѣ іюня съ 7 ч. вечера до 2Ѵ 2 — 3 ч. 
утра). Ночныя трели самцовъ не имѣютъ дневной частоты ударовъ (что 
исключительно зависитъ отъ болѣе низкой температуры), но эти трели, 
изъ которыхъ каждая звучитъ въ теченіе 4 — 5 секундъ, слѣдуютъ 
быстро одна за другой, пріобрѣтая характеръ сплошной звучно шеле- 
125 ) op. cit. d., стр. 34-36. 
Ногае Soc Entom. Ross. XLI. № 6. 
