LU 
предѣла распространен^, прерывая возможность совершать превра- 
щеніе (метаморфозу). 
Одно пзъ мѣстъ, гдѣ животныя полярной фауны перемѣшпваются съ 
животными умѣреннаго пояса составляетъ Петербургъ; по этому -то 
окрестности наши такъ богаты и интересны. Colias Pelidne, Argynnis 
Frigga и Ossianus, Chionobas Jutta, который почитаются обитателями 
сѣвера, перемѣшиваются здѣсь со Sphinx ligustri и convolvuli, съ 
Acherontia Atropos и другими обитателями южной Европы. 
Поименованныхъ выше животныхъ я разумѣю какъ переселившихся къ 
намъ, потому что еще лѣтъ 12 тому назадъ, проходя Осиновую рощу 
часто и съ болыпимъ вниманіемъ, я не находилъ тѣхъ обитателей сѣ- 
вера, которые теперь на тѣхъ же мѣстахъ вовсе не составляютъ рѣд- 
кости. Точно также въ прежнее время у Петербурга только одинъ разъ 
былъ найденъ Sphinx ligustri, между тѣмъ теперь онъ такъ обыкнове- 
ненъ, что нерѣдко встрѣчается въ садахъ даже среди самаго города. 
Перенесеніемъ Сырени (Syringa vulgaris) и клена (Fraxinus excelsior), 
чуждыхъ намъ растеній, могутъ быть перенесены и чешуекрылыя, для 
гусеницъ которыхъ они составляютъ кормъ. Гусеница Sph. convolvuli, 
хотя и питается туземнымъ растеніемъ Convolvulus arvensis, но появ- 
ляется на немъ только тогда, когда оно растетъ на воздѣланной почвѣ, 
такъ что мы съ увѣренностію можемъ предсказать, что со временемъ 
этотъ сфинксъ будетъ у насъ обыкновенное чѣмъ теперь; въ-перво 
воздѣланныхъ (культивированныхъ) странахъ Европы, въ Италіи и Испа- 
ши,, этодъ видъ еще и теперь есть самый обыкновенный. Кажется пер- 
вый Sph. convolvuli былъ найденъ здѣсь г-мъ Симашко въ 1838 го- 
ду (*); потомъ я видѣлъ два экземпляра его пойманныхъ здѣсь одинъ 
въ 1840, другой въ 1849 году, и наконецъ прошлымъ лѣтомъ г. 
Ершовъ нашелъ его два экземпляра у себя въ саду на Васильевскомъ 
О-вѣ, слѣдовательно почти среди города. 
О сфинксѣ мертвой головѣ (такъ позволяемъ себѣ назвать Acheron- 
tia Atropos, пока не установится русская номенклатура) Резель (Rösel) 
разсказываетъ намъ, какъ о величайшей рѣдкости, тогда какъ теперь 
это есть видъ весьма распространенный въ западной Европѣ. Причина 
этого явленія высказывается сама: первоначальными кормовыми расте- 
(') Когда въ 1839 году, зимою, г. Фиксенъ увидѣлъ у меня эту бабочку, то онъ 
положительно еталъ въ недоумѣніе вѣрить-ли собственнымъ глазамъ. Онъ нѣсколь- 
ко разъ принимался разсматривать точно ли это Sph. convolvuli. Въ послѣдствіи 
многіе разсматрпвали этотъ экземпляръ, который я поймалъ точно въ 1838 году, въ 
саду одного любителя садовода (Г. Захарова), но, что еще замѣчательнѣе, это было въ 
58 верстахъ отъ Петербурга, и не на югъ, а въ Шлиссельбург. Прим. Юл. Симашко. 
